Книга Служанка для обреченного дракона, страница 62 – Елена Байм

Я подошел к девушке, позвал ее спать. Она подчинилась.

Ночь выдалась бессонной. Я лежал, глядя в небо, но мыслей не было. Все решит информация друга.

Под утро я все же погрузился в тревожную дрему. И мне снилась моя Авелин.

Проснулся я от звука ее голоса. Она разговаривала с кем‑то - тихо, почти шепотом. Я приподнялся, пытаясь разглядеть собеседника, но увидел лишь тень, мелькнувшую за деревьями.

Авелин резко замолчала, обернулась ко мне:

— Вы проснулись?

Ее голос звучал спокойно, но в глазах мелькнуло что‑то неуловимое, похожее на страх или вину?

Я не стал спрашивать. Решил приглядеться.

И тут услышал топот лошадей. К нам мчался большой отряд всадников. Я напрягся. Помощь или враги? Приготовился, чтобы вмиг обернуться драконом.

Но стоило присмотреться, увидел одежду воинов Искарии. Я выдохнул. Это за нами. Быстро же они добрались.

— Сегодня мы будем в Искарии, - сказал я, подойдя к Авелин. – Помни, что по легенде мы муж и жена. А то в их стране суровые нравы.

Девушка побледнела, кивнула. Я начал собирать плащ, укладывать вещи. И тут засветился артефакт.

Понимая, что друг пытается выйти на связь, я стремительно отошел в ближайшие пышные кусты, не отрывая взгляда от Авелин. Активировал камень связи и тихо прошептал, чтобы никто не услышал:

— Говори.

Голос друга прозвучал едва слышно:

— Знаешь, Дастин, тебе повезло. Одна мать действительно ищет девушку по имени Авелин. Но на этом твое везение закончилось, дружище.

— Да что уже там? Говори! - не сдержал я нетерпеливого возгласа. Всадники были уже близко, а мне приходилось прятаться в кустах.

Друг усмехнулся:

— Видишь ли, мать твоей девушки - баронесса Рочестер.

— И что такого? - искренне удивился я. Не понимая, что такого страшного в ее имени. Наоборот, хорошо, что моя Авелин – баронесса, а не просто крестьянка.

Теперь настал черед удивляться моему собеседнику:

— Ты, видимо, давно не бывал во дворце. Любой скандал, любая интрига - дело рук баронессы. Любой нормальный дракон знает, с Рочестерами не стоит связываться, никогда. Будет себе дороже. Мой тебе совет - забудь свою Авелин. Иначе баронесса станет твоей тещей. А такого не пожелаешь даже врагу.

Я лишь усмехнулся в ответ. Пугали меня и не такими угрозами.

— Что‑то еще? - спросил я, боковым зрением наблюдая за всадниками.

Друг замялся, затем произнес:

— Твоя Авелин, она почти замужем. Ее родители дали официальное согласие и подписали бумаги о скорой свадьбе с графом Либертайном, не просто обручили, нет, именно подписали согласие... А этот граф тот еще плут и подлец.

Внутри что‑то болезненно сжалось. Не ревность, нет. Скорее досада, горькое чувство несправедливости. Я представил, что Авелин, моей нежной и доброй Авелин суждено стать женой старого аристократа, и аж сердце заныло.

Я этого не допущу! Очень хорошо, что она баронесса. Я решил не откладывать разговор с отцом, и завершив сеанс связи с другом, заново активировал камень.

Однако услышав, что моя невеста из рода Рочестеров, отец закричал, сказал, чтобы я больше не упоминал этого имени:

— Лучше бы ты женился на бедной крестьянке! Запомни! Породниться с домом Рочестеров я тебе не разрешу!

Сжав кулаки от обиды, я выключил артефакт связи и направился к Авелин. Она в это время собирала вещи, переговариваясь с прибывшими солдатами, обещавшими нас сопроводить.