Книга Адмирал моего сердца, или Жена по договору, страница 88 – Дарья Коваль

Поспешила вернуться как можно быстрее. А то, что мне было нужно, и правда нашлось там, где сказал адмирал. В небольшой корзинке было аккуратно сложено даже больше, чем требовалось, и я, чтобы сэкономить время, прихватила с собой сразу всё. Не прогадала, кстати. Если б не подсказка супруга, я бы потратила немало секунду, изучая надписи на пузырьках, выискивая тот самый единственно необходимый. А так…

— Тот, что из тёмно-зелёного стекла, — подсказал Аэдан Каин.

А стоило мне смочить пахучим резким ментоловым запахом раствором сперва свои руки, а затем и небольшую оторванную часть от бинта, чтобы приступить непосредственно к основной части своей задачи, как его мускулы дрогнули при первом же прикосновении. Хотя надо отдать должное, ничто иное не выдало его реакцию на причинённую мной боль, пока я осторожно, чтобы не причинить новой лишней боли, продолжила сперва обрабатывать сам тонкий глубокий порез, а затем смывать растёкшуюся по мужскому торсу кровь. Всё это время, стиснув зубы, мой адмирал терпеливо ждал, не издав ни единого звука. А как только я закончила…

— Теперь тот, что в банке из тёмно-коричневого стекла, — произнёс глухо Аэдан Каин.

В упомянутой банке находилась густая бледно-жёлтая мазь, а его пальцы сильнее впились в край столешницы позади него, которая всё это время служила ему опорой, как только я приступила и к этой части выполнения своей задачи, очень стараясь наносить заживляющий состав как можно нежнее.

— Откуда они? Шрамы, — поинтересовалась я в какой-то момент.

И сама не знала, кого больше собиралась отвлечь этим вопросом, его ли или же скорее себя. Но в любом случае сработало.

— Этот я получил в своём самом первом сражении, — указал муж на рваную широкую белую полосу над левой частью груди. — А этот, когда однажды мы сошли на берег на вражеской территории, и попали в засаду, — скользнул пальцами чуть выше, указав на другой шрам.

С нанесением заживляющей мази я тоже завершила. Оставалось теперь забинтовать. Взяв в руки широкий бинт, который походил больше на тот вид, что в моём родном мире можно было бы назвать эластичным, я поинтересовалась:

— А этот? — указала на еле заметную черту под правой бровью мужчины.

Он мягко улыбнулся и ответил:

— О, это был самый неравный и заведомо проигрышный бой в моей жизни.

— С пиратами? — предположила.

— С дверью, — улыбнулся ещё шире адмирал.

Я хмыкнула и постаралась не приближаться к нему сильно вплотную, когда пришлось его обнять обеими руками, чтобы совершить первую обмотку вокруг торса, стараясь сделать так, чтоб повязка получилась тугой и не сползла, но и вместе с тем не давила. Как по мне, это финальная часть была занимала самое малое количество времени, и являлась самой безболезненной для него, но по мере того, как утекали одно мгновением за другим, супруг почему-то всё больше и больше напрягался. А к завершению всех моих перевязочных манипуляций и вовсе самый настоящий камень напоминал. Очень горячий камень. От него исходил такой жар, что и мне тоже стало жарко. Хотя, прежде чем окончательно отстраниться, я всё равно сперва задрала голову, взглянув ему глаза, а затем тихонько призналась со всей искренностью:

— Спасибо, — поблагодарила.

— За что? — удивился Аэдан.

— За Зои, — пояснила. — Мы и правда хорошо провели этот день. По крайней мере, до появления твоего вспыльчивого друга императора.