Книга Избранница для принца крови. Похищенная ночь, страница 78 – Александра Салиева, Дарья Коваль

— Нет. Ты его не заберешь, — постановила решительно, как только сущность в серой хламиде вынужденно проявила себя.

Жнец был вовсе не тот, с которым я уже виделась в Аксартоне. Потому и удивился. На мгновение. Да и то не столько наличию моей персоны, сколько созданной прорехе в хламиде. Уставился на неё, как на явление собственного Создателя. И лишь спустя несколько мгновений поднял ко мне своё жуткое лицо.

— С чего бы это, валькирия? — спустил капюшон.

Алые провалы в черепе на месте глаз зловеще сверкнули.

— Он… мне нужен, — сказала, как есть. — Он — мой.

Удивляться Жнец перестал. Презрительно фыркнул.

— Ты не присвоила его душу, — угрожающе оскалился. — Он не твой.

Тут он был прав. У меня совершенно не было времени и возможности, чтобы создать защитный круг жизни, позволивший удержать душу ровно столько, сколько могло потребоваться, как однажды уже случалось в пустыне. А если б собиралась забрать душу эйна с собой в Чертоги Возрождения, то давно бы просто-напросто забрала и ушла вместе с присвоенной душой, мы бы с Жнецом тут ни за что не встретились, как обычно то бывает. Но я не собиралась. Просто потому, что… не могла. Если заберу, сделаю с ним всё то, что сделала с Броном, то он точно будет жить, станет практически бессмертным, но больше не будет тем, кем является сейчас. И к чему тогда мне его забирать? Тогда, когда куда более рассудительно и логично в таком случае как раз наоборот — отпустить. Не только эйна. Клинок. Свой браслет. Позволить Жнецу выполнить своё предназначение. Стать свободной. Разве не к тому я стремилась с момента нашего знакомства с эйном? Вот оно — просто возьми. Не обязательно даже прикладывать усилия. Нужно лишь банально не делать ничего.

Но тогда почему не получалось?

Почему, вопреки всему, я поступала иначе?

— Присвоила или нет, не твоё дело. Уходи, — огрызнулась за неимением большего. — Если он и умрёт, то не сегодня.

Алые провалы в черепе Жнеца снова зловеще сверкнули.

— Не сегодня? — протянул Жнец. — А когда? Какой смысл, если он умрёт, но чуть позже? Рана смертельная. У него не хватит сил, чтобы восстановиться. А ты не сможешь удерживать меня вечно. Я всё равно заберу его у тебя, — произнёс уже равнодушно.

Мысленно выругалась, осознавая обречённость ситуации. Но постаралась себя не выдавать.

— Разрушенный храм Древних. Тут, неподалеку. Я могу переместить его туда. И ты никогда в него не войдёшь, а значит и удерживать тебя тут вечно мне вовсе не придётся, — противопоставила я ультиматумом Жнецу, вспомнив свою встречу с предыдущим повелителем Аксартона.

И сама была не уверена в том, что я делаю.

Что это? Чистое упрямство, не более.

Глупое…

Бесполезное.

Оттягивающее неизбежное.

— Да? — деланно фальшиво впечатлился Жнец. — И что потом? Если собираешься присвоить его душу, почему медлишь? А если то не входит в твои планы, то зачем тебе призрак? Так себе будет папочка твоему сыну. Ты ведь именно из-за него так упрямишься, валькирия? — ударил по больному.

Как пощёчина. Та самая, из-за которой дрогнула моя рука, а натяжение золотой нити заметно ослабло.

Он ведь прав…

Опять. И в этом.

Ведь да?

Разве может существовать ещё хоть одна возможная причина такому моему проявленному упрямству? И той всеобъемлющей боли, что до сих пор раздирала всё моё нутро, никак не желая утихать, мешала свободно дышать и трезво мыслить.