Книга Проснулась женой врага, страница 123 – Елена Шторм

Боги!

Ослепшими глазами смотрю в небо, пока мы ещё целуемся, пока лежим на покрывале, опустошённые и одурманенные…

Приятный ветер холодит разгорячённую кожу.

На край покрывала садится бабочка с рыжими крыльями, и я застываю, боясь её спугнуть.

— Так будет каждый день? - уточняю охрипше. - В нашей семейной жизни?

— Я бы очень хотел. А ты?

— Немного смущающе, - зарываюсь в него лицом. - Но, думаю, я могу привыкнуть.

Шейд прижимает меня плотнее.

— Я бы хотел показать тебе, что хорошего есть в этих землях. Наши города… горы, водопады. И что значат крылья.

Он очень серьёзный. Даже сейчас.

— Хочешь есть? - словно пытается согнать эту серьёзность.

— Да…

Тянусь к своему платью, но его руки ловят меня.

— Без одежды, Земляника.

Серьёзно?..

Не любит мой дракон одежду! И я, пересилив смущение, остаюсь как есть. Чувствую в какой-то момент, что меня опять заливает краской. Взгляд Шейдрана горит.

Мы раскрываем корзинку с фруктами, копчёным мясом и хлебом. Моем фрукты в ручье, едим всё это… Его заботливые руки подносят абрикосы к моим губам, мои кормят его вишнями. Сок течёт по подбородку… он ловит меня вбирает всё губами.

Из груди вырывается сладкий стон.

— Фрукты тебе всё же нравятся?

— О да. Кажется, да.

Мне сейчас всё нравится - тело стало каким-то неимоверно чувствительным!

Кажется, что мы, прижимаясь друг к другу лбами и облизывая сок с рук, так и парим в каком-то другом измерении.

Но всё заканчивается…

Еда заканчивается. Шейдран переводит взгляд вдаль - и я опять думаю о том, какой он тёмный сегодня.

Как я могу просто заниматься с ним любовью, получать удовольствие и не говорить о важном? Надо хоть как-то понять, что сказать!

— Шейд…

Но он внезапно поднимает руку:

— Мне нужно что-то сказать тебе.

Тьма!..

— Говори.

— Сила, которую ты получила, Соль… может тебя убить.

И он рассказывает. Какие-то вещи, от которых мне внезапно мороз бежит по позвонкам и волоски на шее встают дыбом.

Равена всё-таки намеревалась меня убить?!

Я всё-таки могу умереть?..

А Дастмор знал? Кажется, не полностью… но понимал, что отъём силы будет опасен. И что я могу этим воспользоваться!

Я что, должна прямо сейчас сказать: “Так оставь меня в покое, если я что-то для тебя значу”?!

От этой мысли внезапно противно. Настолько, что это чувство даже перебивает страх. Противно, что я теперь каждый раз буду думать, как могла бы вывернуть ситуацию себе на пользу! И, зажмурившись, я невольно гоню прочь всю эту дрянь.

Просто обхватываю Шуйда поперёк груди. Утыкаюсь в мощную шею носом.

— Мы что-нибудь придумаем, да?

Рука замирает над моими волосами - но потом, дрогнув, накрывает их.

— Обещаю, важнее задачи у меня сейчас нет.

— Мы обязательно что-нибудь во всем этим придумаем, Шейдран Скорн, - выдыхаю, водя носом по его коже.

Мы собираемся обратно в крепость почти молча.

В полёте мысли мои бродят… Уже в замке я смущённо прикрываю локтём бок. Пострадавшие завязки в этом месте не сходятся нормально - и я очень надеюсь, что никто не заметит!

Одно из моих платьев есть в спальне у Шейдрана, и я переодеваюсь там, пока муж пристально следит за мной из кресла.

В дверь соседней комнаты стучат.

— Какие-то проблемы, Фолл? - слышу, когда он открывает.

— Ваша милость. Я хочу обсудить важную вещь, которая всех нас волнует!