Книга Возвращаюсь в прошлое и становлюсь возлюбленной злодея, страница 12 – Виктория Свободина

— Красавица. Такая мягкая, ласковая, милая. Очень на тебя похожа.

— Да, ну! Вот вообще ни капли. Она лучше меня во сто крат. Вот Нейта кажется, больше похожа. Может, все-таки не будешь уходить? Ни к чему это.

Я волнуюсь. Не то что, Райану физически навредят. Таким образом его теперь нереально кому-то обидеть. Но вот морально, да. Гадостей наговорят, по самооценке пройдутся. Все же свою огромную силу Райан только получил, может случайно не сдержаться, и все-таки превратить стражу в пыль. Будет потом чувствовать себя виноватым, отстраниться от всех. А одиночество приведет его к тьме.

Райан улыбнулся.

— Думаю, Нейта почти точно такая же, как Шанни. Только более сдержанна и умеет играть на публику. Я все-таки пойду. Обещание, есть обещание. И я не хочу находиться в королевстве вне законов и правил.

Недовольно покачала головой, но спорить не стала. Пусть темный идет, раз уже ему так хочется поиграть в законопослушного подданного, которым он уже по факту не является. Потому что не может быть темный повелитель подданным короля. А вот я являюсь таковой, и меня сейчас внимательно слушает стража. Обвинят еще в подстрекательстве к побегу. Надо быть поаккуратнее, это только Райну море по колено.

Фарендейл отдал мне Шанни, сделал было шаг в сторону стражей, но тут ему заступила дорогу Нейта.

— Прошу прощения, не подумал, – весьма серьезно говорит Райан и без опасения протягивает Нейте свою ладонь. Нейта ладонь обнюхала, фыркнула, кивнула важно и отступила, пропуская темнейшего, но он, прежде чем уйти, коснулся головы Нейты и погладил. Фамильяр посмотрела на темного скептично, намекая, что это было лишнее, но руку откусывать не стала.

Когда Фарендейл подходит к страже, их главный кивает на Дарка и категорично произносит:

— Фамильяр слишком большой, с вами пройти не сможет во дворец.

Райан переводит взгляд на Дарка и тот спустя мгновение, начинает уменьшаться в размерах, вскоре став немногим больше Нейты и лапы перестали источать клубы мрака. Дарк также и увеличиться может в несколько раз. Помню, видела. Жуткое было зрелище. Только глаза светятся, словно видят всех и каждого, заглядывая в душу, и вся фигура – сплошной клубящийся мрак. Его сила невероятна. Когда он в своем обычном размере и летает, у него помимо лап, еще крылья тьму источают, но это скорее красиво даже смотрится.

Пока я следила за темнейшеством, ко мне успели подойти отец и брат.

— Поздравляю! – говорит папа к крепко меня обнимает.

— Да, я тоже поздравляю, – поддакивает Дэйр. – За последние годы, это самый невероятный и непредсказуемый отбор. Ни за что бы не подумал, что у тебя будет два фамильяра, один из которых темный, да еще такой. Темный, крупный… мы ведь родственники. Может быть, что у меня тоже так будет?

— Если зазнаваться не станешь, то все возможно, – весело фыркаю.

— Но все-таки, как же так? – удивленно качает головой папа. – Почему вдруг темный фамильяр? И у вэрта Фарендейла. Мы ведь в исконно светлых землях, темные фамильяры тут могли появляться только у коренных представителей темных родов. Случайно такое просто не может случиться.

Наклонилась к папиному уху и произнесла тихонько:

— Пап, а почему ты думаешь, что наш род ведется от светлых, а не от темных?

Папа от меня отстранился и изумленно посмотрел.