Книга Возвращаюсь в прошлое и становлюсь возлюбленной злодея, страница 50 – Виктория Свободина

— Ну конечно же нет, ваше темнейшество. Я сейчас красиво выйду, сяду в самом изящном в своем реверансе, раскинув алые юбки, и признаю, что вы лучший, самый крутой, сильный и наитемнейший, и сражаться с вами бесполезно. И не говорите, что это не так. Это будет вранье. Вы сами о себе все знаете, о темнейший.

— Почему ты даже не хочешь попробовать? Тебе так хочется сдаться без боя?

— Исход поединка мне известен. Это скорее к вам тогда вопрос. Неужели так хочется увидеть меня вывалянной в грязи и признающей поражение? Ну если вы так больше любите, могу и таким способом признать поражение. Я все же хотела поберечь силы и быстрее закончить турнир. Я же говорила, что он меня утомил.

Райан встал и молча ушел. С недоумением провожаю темного взглядом. Да что не так-то? Очевидно же, что он сильнее, я так и так не собиралась побеждать, Райану сегодня еще разговаривать с королем. Или он и правда хотел показать свою силу, укладывая всех на лопатке? Но многие студенты с начала турнира с первых секунд признавали свое поражение, не вступая с Райаном в поединок, и он это нормально воспринимал.

Зовут на арену. Все равно медленно и торжественно, выплываю на арену, становясь напротив молчаливо темного повелителя, на лице которого нечитаемое выражение. Трибуны замерли в предвкушении. Звучит сигнал к началу боя. Как и планировала, очень изящно начинаю опускаться в реверанс, но…

В изумлении наблюдаю, как Райан опережает и подает судье знак, что сдается без боя под общий изумленный вздох. Потом отвешивает мне поклон, выпрямляется и так же молча уходит. Пока он идет к краю арены, зрители начинают аплодировать. Думаю, никто, как и я, ничего не понял, но всем нравится такой исход. А я чувствую себя виноватой, только не понимаю за что. Вместо своего выхода, направилась вслед за Райном. Нельзя оставлять одного не ясно чем обиженного темного повелителя.

— Райан!

Фарендейл остановился на полпути, дождался меня, и арену покинули мы вместе.

— В чем дело? – строго спрашиваю у Фарендейла за пределами арены. На всякий случай беру его под руку, чтобы никуда от меня не сбежал.

— Ни в чем.

— Ты на что-то обиделся? К чему была эта уступка первого места?

— Я ни на что не обижен.

— А кто говорил мне недавно, что нужно бороться до конца, показать себя достойно и прочее?

— Каждый из нас уже все показал. Полагаю, все, всё поняли.

— Я вот не поняла. Ты ведь собирался сражаться, но увидел, что я надеваю юбку и передумал. Значит обиделся. Говори, не молчи и не держи в себе. Хочешь, пойдем сейчас на арену и подеремся?

Райан весело хмыкнул.

— Аделин. Еще раз. Я не обижен. Я в любом случае не собирался с тобой драться и хотел отдать эту победу тебе. Если только немного обидно было за то, что ты собиралась меня опередить, провернув тоже самое.

— Серьезно? Не верю. А Белле тогда почему не уступил?

— Почему я должен был ей уступать? Она пресветлая, от результата поединка с ней зависят сегодняшние переговоры с королем.

— Но все равно, ты же говорил мне про то что сражаться надо до конца, был так решителен…

— То что я говорил, было о том, что это нужно тебе. Нужно показать другим свою силу. Себя я не имел в виду. Полагаешь, только Арэт способен на красивые и пафосные жесты? – Райан помолчал и уже другим, более спокойным и мирным тоном поинтересовался. – Ты хотела домой. Уходим?