Книга Банный бизнес попаданки, страница 31 – Ольга Иконникова

Когда мы вошли, он посмотрел на нас поверх висевших на самом кончике носа очков и мигом вскочил со стула.

— Добрый день! Желаете купить конкретную книгу или позволите мне посоветовать вам что-то из новых поступлений?

Мне было неловко его разочаровывать, но я не хотела попусту тратить его время. У нас не было денег на книги, но я подумала, что, может быть, однажды еще вернусь сюда и с удовольствием полистаю старинные фолианты.

— Ничего страшного, мадемуазель, что вы пока не можете их купить, — улыбнулся продавец, когда я честно призналась ему в этом. — И вы ничуть не отвлекаете меня от работы. Как видите, сейчас здесь нет других посетителей, так что я с удовольствием побеседую с вами. Нет, к сожалению, публичной библиотеки в городе нет. Для Ланжерона это была бы слишком большая роскошь. Здесь не каждый умеет читать, а уж тратить хотя бы полчаса в день на чтение толстых книг и вовсе мало кто может себе позволить.

Я задала ему вопрос и о патентах. Но ни о чём подобном он никогда не слышал. Даже сама постановка вопроса его немало удивила. А это означало, что получить эксклюзивное право на какую-то разработку тут было нельзя, и если я хотела заняться соляным промыслом, то для этого существовала только одна возможность — договор с графом Ланже.

Когда мы вышли из книжной лавки, то направились не в таверну, а в небольшой ювелирный магазинчик, который я приметила неподалеку от Ратушной площади. Когда мы вошли туда, там уже был посетитель, который выбирал подарок своей невесте, а потому нам пришлось подождать.

Я прошлась вдоль стеклянных витрин, в которых были разложены самые разнообразные ювелирные украшения. Здесь явно была мода на массивные драгоценности, которые могли показать достаток того, кто их носил. Изящных колечек и тонких цепочек тут почти не было.

— Чего желаете, мадемуазель? — обратился ко мне хозяин, когда покупатель вышел из магазина. — Могу предложить золотые или серебряные серьги с самыми разнообразными драгоценными камнями. Некоторые из них только-только прибыли из столицы и потрафят самому взыскательному вкусу.

— Благодарю вас, месье, — я покачала головой, — но я хочу не купить, а продать.

Это решение я приняла еще до поездки в Ланжерон. Мне хотелось иметь хоть немного собственных денег.

Я протянула ювелиру браслет, который я часто надевала с тех пор, как оказалась в Эртландии. Я не знала, был ли он золотым или только позолоченным и имел ли какую-то историческую ценность. И спросить об этом мне было не у кого.

Рассказать о своем намерении мадемуазель Донован я не могла — она наверняка отговорила бы меня от продажи браслета. А я в своем решении была уверена. Может быть, этот браслет и значил что-то для настоящей Аннабел, но я ею не была, и мне куда важней было то, что вырученные от его продажи деньги могли дать мне возможность купить что-то для моих хозяек или для Дженни.

— Весьма интересная вещица, мадемуазель, — сказал ювелир, внимательно изучив браслет с помощью лупы. — Но, к сожалению, много предложить вам за нее не могу — такие браслеты сейчас не в моде. Возможно, в столице вам дадут за нее гораздо больше.

Да уж, за морем телушка полушка, да рубль перевоз. Я и сама понимала, что куда выгоднее я могла бы продать браслет в Эмсворте. Но что толку было думать об этом сейчас?