Книга Банный бизнес попаданки, страница 78 – Ольга Иконникова

— Я отдам соответствующие распоряжения! — сказал он.

Я поблагодарила его. Теперь мы стояли у фонтана. Разговор был исчерпан, и всё-таки я еще надеялась, что он задаст еще один вопрос. Тот вопрос, который он должен был бы задать самым первым.

— Вы хотите сказать мне что-то еще? — он словно прочел мои мысли.

— Я надеялась, что вы спросите о его высочестве, — холодно откликнулась я. — Но, кажется, это не та тема, которая вас интересует.

Это уже было дерзостью с моей стороны, но я не жалела, что сказала это. Мне было ужасно обидно за маленького мальчика, который так отчаянно нуждался в отцовской любви, и которому доставались от нее всего лишь крохи.

Глаза короля потемнели, а его дыхание стало громким.

— Вы должны понимать, мадемуазель, почему я не хотел бы осуждать этот вопрос во дворце. И я надеюсь, с моим сыном всё хорошо, ведь в противном случае вы сообщили бы мне об этом.

Он раздраженно отвернулся от меня и бросил взгляд в сторону улицы, что тянулась за металлическим ограждением. И надо же было такому случиться, что именно в этот момент из нашей кареты, которая стояла по ту сторону кованой ограды, выскочила на тротуар Дженни. Должно быть, ей надоело находиться в тесном пространстве, и она решила подышать воздухом. И сейчас ее рыжие волосы казались особенно яркими в свете солнечных лучей.

Надежда на то, что король не заметит ее, не оправдалась. Я увидела, как лицо его побледнело, и когда он снова повернулся ко мне, его глаза метали молнии.

— Мадемуазель Донован? А ведь при нашей первой встрече мне показалось, что я уже видел вас прежде. Только тогда вы звались по-другому!

Я не была к этому готова и растерялась. А еще очень испугалась — и не только за себя, но и за Дженни. Я не хотела, чтобы она встретилась с его величеством и снова почувствовала на себе его гнев.

— Вы дочь графа Арлингтона, не так ли?

Отрицать очевидное не было никакого смысла, поэтому я сказала:

— Да, ваше величество, я Аннабел Арлингтон!

И гордо вскинула голову, чтобы он не подумал, что я назвалась другой фамилией потому, что стыдилась собственной.

— А граф Ланже, который представил мне вас, — ледяным тоном спросил король, — он знает, кто вы такая на самом деле?

— Нет! Откуда он может это знать? — не хватало еще впутать в эту историю его сиятельство! — Но вы ошиблись, ваше величество, когда назвали титул, которого у моего отца больше нет.

Мне показалось, что он всё-таки смутился. А может быть, это мне всего лишь показалось, потому что мне ужасно хотелось, чтобы ему было хоть немного стыдно за то, что он совершил, растоптав человека, всё преступление которого сводилось к тому, что он оказался слишком добр.

— Да, вы правы, мадемуазель! — согласился его величество. — Но нынешний граф Арлингтон, который, кажется, доводится вам кузеном, известил меня, что дочь маркиза Шарлена была отослана в приют. Выходит, он тоже меня обманул.

Но я снова покачала головой:

— Нет, ваше величество, он сказал вам именно то, в чём был уверен сам. Он понятия не имел о том, что я не отдала мадемуазель Шарлен в приют, а оставила ее при себе. Во всём виновата только я. Но я полагаю, никому не стало хуже от того, что бедный ребенок живет сейчас не в сиротском приюте, а в маленьком домике на краю леса. И я надеюсь, что вы не станете требовать, чтобы мы покинули и этот дом. И предвосхищая ваш вопрос, хочу сказать, что мадемуазель Донован, которая приютила нас с Дженнифер, тоже понятия не имела, кто мы такие.