Книга Любовь, горькая и сладкая, страница 58 – К. Ф. Шредер

Однако тут два воина-скарабея ввели на трибуну Изобелью Заларо, предводительницу клана Когтей. На ней был расшитый золотом огненно-красный наряд, а шею украшали несколько золотых цепей. Руки и ноги у нее были скованы, тем не менее она шла прямо, подняв голову и не выказывая ни искры страха. При виде ее пленники из клана Заларо, доселе спокойные, пришли в волнение. Некоторые из них пытались вскочить, но воины-скарабеи тут же вернули их на колени.

— Мы хотим почтить Калисто, – продолжал Дайширо проникновенным голосом. – Это означает также действовать в его духе и чествовать силу, вместо того чтобы вслепую ее разрушать. – Эта часть его речи была новой. – Многие из арестованных принадлежат к роду оборотней. Тигры и львы, гепарды и ягуары, даже райская птичка, – его взгляд коротко скользнул по Кари, – находятся сегодня среди нас. Наш кодекс требует убивать всех предателей. Однако расточать силу, которой обладают эти оборотни, противоречило бы заповедям Калисто.

Заповедям Калисто? Что такое он говорит? Калисто ничего не заповедовал, кроме того, что надиктовал ему дон, чтобы было чем оправдывать его еженедельные жертвы.

— Прежде чем мы приступим к жертвоприношению, предлагаем оборотням второй шанс. Поклянитесь в верности клану Скарабеев. – Холодная улыбка играла у дона на губах. – Покажите вашу лояльность, обернувшись здесь и сейчас, и принесите в дар богине предательницу, вашу предводительницу, равно как и всех, кто по-прежнему пойдет за ней.

Значит, оборотни должны были для Дайширо убить всех, кто либо не мог превращаться, либо отказывался делать это? Их собственных соседей, братьев и сестер? Даже их предводительницу? Кари не удивилась требованию Дайширо, потому что такие жесткие проверки он устраивал в клане Скарабеев, но неужели он допускал мысль, что воины клана Когтей выступят против людей?

Это было безумие! Взгляд Кари метнулся к Наэлю. Наверняка он что-нибудь сделает, чтобы воспрепятствовать расправе. Но он стоял и невозмутимо смотрел на происходящее.

Изобелья Заларо демонстративно сплюнула на пол:

— Мои кошки никогда не вонзят когти мне в спину. Ты безумец, если думаешь иначе. Они не станут даже превращаться для тебя.

— Погоди, – очень спокойно ответил Дайширо, а затем снова повернулся к публике. – О несокрушимый Калисто! – воззвал он. – Узри час славы и воссияй в величии! Перед тобой склонится больше оборотней, чем когда бы то ни было прежде. И если кошки оскалят ради богини клыки, если райская птичка в знак почтения расправит крылья, тогда знай, что мы, скарабеи, твоя армия на земле и что мы точно так же уничтожим наших врагов, как ты – своих.

Кари задержала дыхание. Дайширо Немеа и впрямь оповестил тысячи зрителей, что она сейчас превратится в райскую птичку? Если она не сделает этого после громогласного объявления, значит потеряет лицо и, по сути, умрет для Дайширо. Зачем же тогда давать обещание, ведь дон точно знал, что Кари не по своей воле не подчинится его приказу? Единственное логичное объяснение, пришедшее ей на ум: Дайширо потерял контроль над ситуацией. Впрочем, происходящее вообще было за пределами ее понимания, хоть шестое чувство подсказывало Кари, что, произнося речь, он старался достичь другой цели.

Сразу три мага в серых одеяниях – двое мужчин и одна женщина – поднялись на сцену. Определить, практикуют они белую или черную магию, было невозможно. Солнечный свет отражался в крошечных значках «Горящей лилии» на отворотах их мантий. Маг остановился перед клеткой Кари, остальные заняли место перед пленниками. Когда они подняли руки, в которых держали скипетры, Дайширо широко ухмыльнулся.