Книга Выбор судьбы, страница 127 – Диана Курамшина

Я сидела, всматриваясь в лицо хирдмана, когда услышала.

— Он ещё какое-то время поспит. А нам нужно решить, где спрятать это…

Повернувшись, обнаружила, что посланец рассматривает иглу, камень на которой стал сиять ещё ярче. Она медленно кружилась вокруг своей оси, зависнув над ладонью божества.

— Слушай… а отдай-ка мне яйцо, — произнёс Сим, склонив голову на бок.

— Какое яйцо? — опешила, хлопая на посланца глазами.

— Любава, вынь камень болотного цвета, но не отдавай ему, а держи на своей ладони, — заявил Карыч, вновь заняв моё плечо.

— Недоверчивый какой! — рассмеялся Симаргл. — Ближе подойди, я не кусаюсь.

Остановившись от него в нескольких шагах, протянула руку. Божество вновь начало шептать наговор и игла, подлетев, зависла над камнем. Затем опустилась, прикоснувшись остриём. Камушек стал пульсировать, хаотично меняя цвета. Но вот, серебро, преодолев барьер, стало протискиваться внутрь. Когда сверху осталось лишь навершие, произошла яркая вспышка и рубин с хлопком всосало во внутрь, а мой камень из болотного стал бледно-зелёным с серыми пятнышками.

Игла в яйце! Игла в яйце! Тут меня разобрал смех, и я спросила, пытаясь восстановить дыхание.

— А кто утку ловить будет?

— Какую утку? — удивился Сим, переглянувшись с Карычем.

— Ну, чтобы в неё яйцо запихнуть! — произнесла, захлёбываясь от слёз, вызванных смехом.

— Любава… — ла-а-асково так произнёс посланец, вглядываясь в моё лицо. — Яйца из уток обычно выходят… Ещё никто не пытался засунуть их обратно.

— Извращенка! — вздрогнув, заявил крятун, видимо представив подобное.

— Это ещё ничего… — пытаясь продышаться сообщила я, — потом утку нужно засунуть в зайца!

И повалившись на траву я покатилась от смеха.

--

[1] Жива — богиня жизни, плодородия, весны, рождения.

Хоть я и жрица богини зимы, люблю всё-таки позднюю весну и начало лета, когда всё вокруг цветёт и пахнет. Работы правда невпроворот в любое время года, а мёрзнуть перестала уже давно… но перебороть себя не могу, потому «хожу в поля» обычно в начале июня.

Да и в другое время сюда обычному человеку не пройти. А рисковать любимыми я не собираюсь.

Сейчас же вокруг было цветочное раздолье. Всё колосилось и пестрело. Особенно радовало обилие раскрытых бутонов брусники и голубики. Значит осенью нужно будет прислать сюда побольше корзин. Урожай надеюсь будет богатый.

— Мамочка, посмотри какой… на журавлика похож! — подбежала ко мне малышка и схватившись за подол сарафана, протянула сорванный цветочек клюквы.

Присев на корточки, поцеловала дочку в светлую макушку.

— Очень красиво, но... нужно быть аккуратнее, Влада. Что я тебе про болото рассказывала?

— Но тут же Милана живёт… — возмутилось маленькое чудо. — И там, где ряска, да ирисы растут я не подхожу, — ответила насупившись.

Чмокнув малышку в носик, я поднялась, взяв дочь за руку и взглянула на кикимору. Вернее, из неё получилась странная помесь. Создать новое тело для бывшей русалки не получилось, так что… под влиянием магии Мары она просто изменилась. Что, конечно, красоты ей не прибавило.

Да, после суда, на который по странному стечению обстоятельств попал Карыч, посланный обнести Властительницу Нави, обида и раздражение на Милану у меня ушли. Судьба у неё оказалась горькой. А месть… я её поняла… и простила.