Книга Выбор судьбы, страница 97 – Диана Курамшина

Мужчина долго меня разглядывал. Не знаю, что там пытался увидеть и произнёс.

— Нет. Я — дядька[2] Глеба! Зачем ты его мучаешь?

Непонимающе уставилась на насупившегося визави. Из-за своего роста он нависал и давил, а светлые, почти стальные глаза метали молнии раздражения.

— Чт-о-о вы-ы име-е-ете в виду? — поинтересовалась, заикаясь от неожиданности.

— Когда он сюда раненый плыть решил, я дюже обрадовался. Про тебя столько слухов ходило. Надеялся, что вылечишь его, да сможем к родителю вернуться. И наконец сердце его уймётся после смерти Яромилы. Давно новая жёнка нужна Глебу. А ты его к себе привязала. Не по прави это!

— О чём вообще речь? — сложила руки на груди и насупившись уставилась на дядьку.

— Дык… Ратмир не рассказал нам, когда Глеб о тебе речь вёл, что ты жрица Мары. Давал ему надежду, что сговор вести можно. Сие есть кривда (*ложь)! Мы князю челобитную подадим!

— Глеб предлагал батюшке взять меня в жёны? — еле дыша произнесла и опёрлась на кроду.

Ноги не держали. Голова начала кружиться, а дыхание сбиваться с ритма.

— Да… но…

— До батюшкиного отъезда я ещё не прошла посвящения, — перебила мужчину, стараясь успокоиться и встать ровнее. — Он узнал об этом только возвернувшись в Скугр. Кроме того, я не держу вашего подопечного. Никак к себе не привязываю. Он волен в любой момент уехать.

Дядька всё это время смотрел на меня с прищуром, но я уже пришла в себя. Стояла ровно, распрямив плечи. Смотрела открыто, глубоко вовнутрь упрятав свои чувства.

— Так и скажи ему об этом! Нечего добру молодцу ложную надежду давать. Ведь все знают… не живут у жриц Мары мужья долго. Зачем же губить соколика?

— Конечно… — произнесла спокойно, смотря прямо в глаза. — Если Глеб меня об этом спросит, я ему отвечу. Но пока у нас никогда речь о чём-либо подобном не заходила. Я его только лишь лечила.

Мужчина немного стушевался, но это длилось не долго. Выпрямившись, он степенно кивнул и повернувшись, поспешил к толпе, что собиралась на тризну.

В этот раз на берегу сгрудился кажется весь городок. В тишине я шла к кроде, чтобы выполнить обряд отпевания души. Было немного страшно, всё-таки в первый раз. Остановившись перед кострищем слегка оробела. Но потом ощутила порыв ветра и на правом плече сомкнулись когти, причинив каплю отрезвляющей боли.

— Спасибо! — тихо произнесла и сила заструилась внутри убирая страх.

Мотив, на который пела Томила, совершенно не помню. Потому даже не стремилась воспроизвести нечто подобное. Я прикрыла глаза и выдохнув стала громко произносить наговор, стараясь соблюдать определённый ритм. Когда дыхание заканчивалось и останавливалась, слышала в голове подсказку следующих слов и чувствовала небольшое сжатие когтей на плече.

В этот раз жители расщедрились на жриц Жели[3], что стояли невдалеке и завывали, стараясь попасть со мной в такт. А может кто из родни в плакальщицы записался?

Завершив, открыла глаза. Увидела, как с огромным горящим факелом подходит Ратмир.

— Благодарствую, дочка! — произнёс он еле слышно, сжав мне свободное плечо и бросил огонь в угол кроды. Ну, а сейчас, пока горит костёр, время тризны.

Моя часть работы на этом не заканчивалась, так что стояла невдалеке, обняв себя и смотрела на разыгрывающееся действо. Поучаствовать вызвались несколько десятков молодых людей. Сначала была старая русская забава «стенка на стенку». Затем устоявшие тянули жребий и разделившись на пары, бились в что-то типа вольной борьбы. Двое оставшихся победителей уже вышли друг против друга на мечах. Но… до первой крови.