Книга Голос извне, страница 115 – Саяна Кошкина

— Мы вошли в границы Империи, — бормотал здоровяк, что удерживал мою руку, обняв меня со спины.

— Скорее всего госпоже начали приходить сообщения, — констатировал второй мужчина, удерживая мой локоть и ладонь двумя руками.

— Долго еще? — стонала я, ощущая неприятное покалывание в руке, словно я ее отлежала. — Неужели я столько всего прошла, чтобы сейчас умереть от вибрации браслета?

— Коммуникатора, — поправил меня какой-то умник.

— Что здесь происходит⁈ — раздался позади знакомый рычащий голос. — Юля!

В момент, как я увидела Ильхома Гросса, браслет на моей руке наконец-то расстегнули. Я со стоном облегчения выдохнула и прислонилась на того кхарца, что удерживал меня со спины.

— Вот это утречко, да? — искренне улыбнулась я мужчинам вокруг, но улыбка моя была скорее вымученной, чем счастливой.

— Юля! — подлетел ко мне Гросс, расталкивая остальных. — Что произошло?

— Грос, уведи ее! — рявкнул здоровяк в обмотках. И атмосфера вокруг в миг изменилась. Мир покачнулся, когда меня подхватили крепкие руки Гросса. Все пришло в движение, а я даже не поняла, что я сделала. Просто хотела снять браслет, который не просто бесил, а уже причинял боль.

— 3−0–3! — орал зычный голос, а мою голову рукой прижал к своей шее Гросс.

— Что…

И тут раздался взрыв. Не просто хлопок, а взрыв! Я завизжала, адмирал громко выругался. Он не просто нес меня, а бежал в неизвестном мне направлении, прижимая меня так крепко, что после его хватки точно останутся синяки.

Паника накрыла с головой, а дышать стало не чем. Я чувствовала, как приятный запах парфюма Ильхома смешивается с резким запахом гари. Что за взрыв? Откуда гарь? На нас напали? А почему меня несут? Куда? Зачем?..

— Все хорошо, — шептал кхарец и голос его был пропитан беспокойством. — Сейчас, сейчас, потерпи немного!

— Иль… — вырывалась я, желая хотя бы видеть. — Прошу…

Коридор превратился в туннель из мелькающих огней и теней. Гросс нёс меня не как драгоценность, а как мешок. Бежал, почти не касаясь пола. Его шаги отдавались глухими ударами по металлу. Меня трясло, голова болталась, и я успевала видеть лишь обрывки: мигающие красные лампы тревоги на потолке, промелькнувшее лицо другого кхарца в полной боевой экипировке, задымлённый проём какого-то бокового отсека.

Всё тело напряглось от нового звука — неприятного скрежета, будто где-то рядом резали металл. Гросс ловко свернул, прижал меня ещё сильнее, и я вжалась в его плечо, чувствуя, как бьётся его сердце — не чаще моего. В ушах стоял гул: смесь собственной паники, его тяжёлого дыхания и далёких, искажённых команд из громкоговорителей. Я не понимала слов, но тон был один: боевая тревога.

Мой мир, который только начал обретать хоть какие-то контуры, снова рухнул в хаос. И в этом хаосе было лишь одно твёрдое и неоспоримое — его руки, которые несли меня прочь от взрыва, от дыма, от криков. Это был не просто побег. Это была эвакуация. Меня эвакуировали как главный актив корабля. Или как… что-то большее. В сжатых челюстях и жёстком взгляде Ильхома, устремлённом вперёд, читалась не просто служебная обязанность. Читалась ярость. И это, как ни парадоксально, успокаивало сильнее любых слов.

— Еще немного и ты будешь в безопасности, — твердил Гросс, зажимая мою тушку крепче.