Онлайн книга «Надежда маяка»
|
— Ничего, Клара, СССР тебя не перемолол в репрессиях, девяностые прожила, Надюшку вырастила — и сейчас, даст бог, жива останусь и внучку отыщу! Когда старушка вошла в гостиную, стола из-за груды наваленного на него съестного почти не было видно, а сам громадный парень неуверенно мялся посреди комнаты, которая сразу стала как-то меньше и теснее. — Вот вам подарок, — протянул он женщине сверток, обвязанный узенькой серебристой ленточкой. — Это хайрехсилы производят. Артефакт, никакая магия не навредит! Хотя… — осекся мужчина, — у вас же тут ее нет. Клара Петровна, не торопясь, поставила чашки на журнальный столик и, удивляясь про себя все большему количеству странностей — бандит с подарком, «некромант», «магия», — развернула шуршащую белую бумагу. — Матерь божья! — Никогда наша Петровна не была религиозна, но тут слова вырвались сами собой. Шаль, которую она расправила в руках, казалось, переливалась и светилась, скользила меж пальцев как вода, холодя кожу, и почти ничего не весила. — Красота какая! Винни расплылся в улыбке — угодил все-таки пожилой даме. — А вот тут еще конфеты к чаю. — Он раскрыл одну из красных коробочек от мимикров, и комнату наполнил густой дух шоколада, ванили и того потрясающего букета специй, которыми пахнут на Новый год дорогие частные кондитерские. Уже совсем ничего не понимающая бабулька, прижимая к груди шаль, только и смогла, что растерянно пробормотать: — А может, вы борщ будете? Правда, позавчерашний… Когда еще тролль от еды домашней отказывался? Да никогда. А поняв, что наваристый супчик может пропасть ввиду отсутствия едоков в доме, Винни и вовсе был категорически за! Пока бабулька ходила за борщом, он осмотрелся и сноровисто рассортировал гостинцы. То, что могло храниться, перебазировалось на комод, откуда Винни бережно убрал кружевную салфеточку и пару вазочек, пристроив их на полочке шкафа, а сам стол привел в надлежащий вид, накрыв на свой вкус. Клара Петровна чуть тарелку с борщом не уронила, хотя думала, что сегодня ее уже ничто не удивит. Вытащенный из угла столик красовался горой нашинкованных бутербродов просто королевских размеров, разложенных на блестящем подносе, которого в их доме сроду не бывало. Рядом с этой Джомолунгмой распластался на полстола пышный, румяный и с виду будто только что покинувший печь пирог, порезанный крупными кусками. Судя по аромату, вклинившемуся в шоколадный дух, заполнивший уже всю квартиру, пирог был с капустой. Рядом с ее наполовину пустой чашкой стояла та самая коробочка с конфетами и лежал бежевый бумажный пакет, из которого на откуда-то извлеченную странным гостем белоснежную скатерть высыпались небольшие крендельки, подмигивая Кларе Петровне маслянистыми коричнево-золотистыми подрумяненными бочками. И словно чтобы окончательно поразить воображение хозяйки квартиры, за пакетом с крендельками стояла массивная банка, даже не банка, а что-то монументальное из искрящегося стекла с гравировкой неизвестных символов и янтарно-желто-оранжевым содержимым, закрытое вощеной бумагой. В животе у старушки жалобно квакнуло, и она почувствовала, насколько голодна. Ведь после пропажи внучки ела она дай боже раз в день, да и то всухомятку. Винни, сообразив, что крошечная хрупкая старушка давно не ела — благо слух у тролля был отменный, — засуетился. Отобрал у бабули предназначенную ему тарелку с борщом, поставил ее на стол и галантно предложил даме сесть, не забыв обозначить вежливый полупоклон, куртуазно шаркнув ножкой. |