Книга Илька из Закустовки, страница 39 – Анна Леденцовская

Пока она подбирала слова, чтобы сказать хоть что-то утешительное и ободряющее, раздался голос преподавателя, курирующего их группу:

— Внимание! По очереди касаемся запястьем знака на моей табличке и переносимся в учебный класс. Не паникуем, не боимся, занимаем свободное место и ждем остальных.

Оказывается, пока девушки общались, всех уже поделили на группы, а ведь Иля даже не успела спросить, как зовут незнакомку, и рассмотреть остальных.

Кучка народа, собравшаяся около мужчины-педагога, постепенно уменьшалась. Ильмара вперед не лезла, рассудив, что все равно придется ждать, а о философии «занять лучшее место» она пока не имела ни малейшего понятия.

Класс, в который ее перенесло, оказался просторной светлой комнатой гораздо больше, чем у них в Закустовке. Впрочем, сравнивать академию с деревенской школой, где учили письму и счету всего год, наверное, не стоило.

Столы для поступающих были отдельные, одноместные, и на каждом стоял в специальной подставочке круглый блестящий прозрачный шарик, а рядом лежал квадратный закрытый футляр из светлого дерева.

Быстро найдя взглядом еще не занятое место, Илька скользнула за стол и огляделась. Трогать вещи непонятного назначения она пока опасалась, и не зря. Какой-то хорошо одетый парень с видом «я тут все знаю» стал тыкать в шар кольцом, которое было у него на пальце, и получил ощутимый разряд, видимо, защитной магии. Его тщательно, волосок к волоску, уложенные блондинистые локоны встали дыбом и встопорщились, как перья сельского горластика после хорошей трепки.

— Поступающий Пижлюков, семейный идентификатор на академическое имущество не действует. Если вы поступите, вам выдадут другой в соответствии с вашим факультетом после распределения. И не советую трогать любые учебные пособия, не выслушав должного инструктажа, — сердито выговаривал блондинчику, моментально утратившему свой лоск и самонадеянность, преподаватель, последним перенесшийся в помещение. — А после поступления очень советую изучить справочник студента.

— Э-э-э… Господин учитель, а почему его долбануло-то? — с другого конца аудитории спросил с интересом вертлявый, похожий на завхоза академии, но еще более колоритный парень. Видимо, хоть в его роду и были гоблины, но отметились там не только они. От гоблинов ему достались крупные оттопыренные уши и не менее внушительный нос с горбинкой, но кожа была не зеленая, а, скорее, желтоватая. Крупные миндалевидные глаза обрамлялись пушистыми рыжими ресничками, а коричневые волосы на голове торчали жесткой щеткой, как иголки у Гремы, только были короткими и, наверное, не такими твердыми. Одет этот представитель смешения нескольких рас был в немного потрепанную длинную куртку из потертой кожи, подпоясанную, точнее, обмотанную на поясе в несколько оборотов чем-то вроде красного шарфа. Штаны и обувь Ильмара не видела из-за стола, но наряд и внешность показались ей очень необычными. Парень, заметив, что девушка его разглядывает, нахально подмигнул и разулыбался.

«Гремы на тебя нет», — немного раздраженно подумала девушка, а преподаватель уже отвечал на вопрос носатого:

— Во-первых, не «господин учитель», а «профессор», профессор Рослосемянкин Торф Мохович. Я преподаватель лесоведения и дикоростов. Как вы, наверное, догадались по моему костюму и названиям предметов, учу я этому на природном факультете. Но также веду занятия у боевиков и бытовиков. На других факультетах только консультирую, если вдруг чьи-то дипломные работы потребуют специфических знаний по моему предмету. И советую сосредоточиться на экзамене и потом на учебе, а не на барышнях, поступающий Хмышов.