Книга Илька из Закустовки, страница 65 – Анна Леденцовская

— Да я… да вы… — Красные пятна пошли уже и по шее выпучившей глаза девицы, а Илька хихикнула в кулачок.

— Ничего смешного, студентка Лисовская! Советую и вам, и Мелюзянской сначала изучить в «Справочнике» раздел «Права и обязанности студента». В любом случае жить вам придется вместе, и советую не конфликтовать на территории вверенного мне общежития. Поверьте, мои методы вразумления студентов вам точно не понравятся! А ты, — Манефа Ауховна перевела взгляд на задумавшегося Шуршегрема, — жить будешь там, где покажет наш штатный домовой. Познакомлю потом. Пока же, Ильмара, вот тебе ключ, и пойдем посмотрим, как тебя устроить. Объясню, что да как. Колючий пусть тоже идет, а остальные ждите. Гостей потом можно будет принимать, пропуска у меня выпишете.

Она первой вошла в холл общежития и повернула в боковой коридор. Комнаты первого курса в этом году располагались на первом этаже.

Идя за кикиморой и чуть опасливо косясь на злющую, красную от досады Эрлену, следующую за ними, Илька заинтересовалась таким странным способом ходить в гости.

— А мне братья про пропуска ничего не рассказывали. К ним вроде в общежитие не надо было ничего выписывать.

— Совсем дура?! — Мелюзянская бросила на нее презрительный взгляд, брезгливо косясь на крупного жука, который копошился в цветах, украшающих стены коридора. — Ни один нормальный в общежитие к этим любителям дохлого никогда не сунется! А-а-а!..

Вопль получился знатный.

Повинуясь легкому движению пальца Манефы, вьющееся растение в углу вытянуло побег и больно дернуло Эрлену за волосы, еще и хлестнув потом по спине.

«Вряд ли больно. Чего она орет-то?» — раздался у Ильмары в голове голос до сих пор отчего-то молчаливого Гремы, который, облизнувшись про себя, взял насекомое на заметку на случай голодных времен.

«Так от неожиданности, наверное, ну и обидно», — ответила так же мысленно Илька, пожав плечами. Ей обилие зелени нравилось, напоминая об окрестностях родной Закустовки.

Мелюзянская, сопя, притихла, лишь глаза блестели от злости и раздражения.

Жить с этой высокомерной и орущей по любому поводу аристократической воображалой Ильмаре не хотелось, но она понимала, что с комендантом спорить бесполезно и как-то придется привыкать.

«Академия большая, и необязательно все свободное время торчать в общежитии, — утешала себя она. — А спать все равно где. Кровати-то всяко у нас разные. А если что, тапком ее налуплю, как хрюкала обнаглевшего, что в огороде пакостит, пусть только полезет. Еще домовой тут есть, как в трактире дядьки Рысека, надо бы подружиться».

Комната, куда кикимора привела девушек, была просторная и светлая. Окно с эркером и широким подоконником, где лежала пара мягких подушек, две удобные кровати с бежевыми покрывалами, светло-салатовые стены, вместительный с виду платяной шкаф, рядом с которым стояли два зеленых сундука, посередине широкий стол с двумя стульями и несколько книжных полок на стенах. По крайней мере, так комната студенток должна была выглядеть изначально.

То, как она выглядела сейчас, заставило на минутку замереть даже много повидавшую Манефу Ауховну.

— Батюшки мои! Да ты, девка, в своем ли уме была, когда все это добро с собой из дома тащила? У тебя ж сестра вроде на бытовом учится? Неужто правил не объяснила? — всплеснула руками она.