Книга Во Вляпалась..., страница 129 – Nifa Pakostnica

Я сначала не догнал, на что уставился, но через несколько длинных секунд допер. Он ее трахает. Никогда прежде не видел, как это происходит. Куросаки с жадностью сливался с ней. Маленькая сучка извивалась под ним, а меня, как гвоздями, прибили к месту. Я смотрел на них и чувствовал себя странно, все этот сгусток энергии, опутавший меня. Я чувствую, как тепло проникает под кожу, чем дольше я окутан ею, тем сильнее она впивается в меня…

В груди собрался какой-то предвкушающий ком, когда она откинулась назад, выгибаясь под ним, а пацан укусил ее за плечо. Я видел его лицо, когда тот слегка отстранился, видел, как на виске у него сплетаются мазайки маски. Хватило секунды, чтобы понять: он пометил эту душу. Оставил в ней свой след, оставил предупреждение для каждой твари, что она принадлежит ему. Теперь ни один пустой не сможет приблизится к этой девке, будет чувствовать на ней запах более сильного противника и обходить стороной…

— Становится все интересней, Куросаки Ичиго… — с хрипотцой в голосе протянул я, позволив гарганте поглотить меня…

POV: Ичиго

Ледяная вода впивалась в тело, быстрым потоком срываясь вниз, неприятно щипая горящую кожу. Открыв глаза, я смотрел на свои упершиеся в стену, сжатые в кулаки руки, чувствуя, как все внутри сжимается, превращаясь в тугой ком. Сердце все время порывалось разорваться, колотясь о ребра так, будто я без остановки пробежал марафон. Было плохо уже вторые сутки, я схожу с ума, едва сдерживаясь, чтобы не кричать в голос. Два долгих дня, две ночи и одно паршивое утро, с тех пор, как она не приходит в себя.

Урахара-сан хотел забрать у меня Лику, но я не дал. Отец ведет себя так, словно ничего не происходит, но его глаза не задерживаются на мне дольше, чем необходимо в тот или иной момент.

Меня мучило осознание того, что мы наделали. Ведь я знал, что она не сможет подавить яд, но все равно это сделал. Мы сделали это, не сдержали порыв, оставили в ней нашу метку. Теперь она в подобии комы, мне остается только ждать, и это разрывает меня на части. Если Лика не очнется, я не знаю, что тогда произойдет.

— Зачем ты это сделал? — орал я тогда, вцепившись в его белую форму, пытаясь вытрясти ответ.

Зангетцу стоял вдали, молча наблюдая нашу стычку.

— Ты сам этого хотел, — спокойно ответил мне пустой, и я ему врезал.

Да, он был прав, но это не уменьшает его вины. Он знал, что она может не справиться, и все равно так поступил. Я бил его, а он просто терпел, не давая мне сдачи, не давая мне сорвать на нем всю злость, получить хотя бы немного облегчения. Я знал, что он чувствует ту же обреченность, но не пытался избавиться от нее, тем самым заставляя меня бессильно пылать от ярости.

Урахара-сан сказал, что теперь все зависит от самой Лики, что это мой пустой, я сам сделал это с ней, он не сможет вмешаться, так как в свое время поступил с отцом и мамой, но этого и не нужно. Она и так связана с моим реяцу, пусть наша связь другая, но я должен поддерживать ее на духовном уровне и ждать, когда станет ясно, сможет она справиться или умрет.

Сжав челюсть, я ударил кулаком в стену, раскрошив кафель, но боль в кулаке ничто по сравнению с тем, что творилось в моей душе. Если она придет в себя, я никогда больше к ней не притронусь. Только бы она осталась жива…