Книга Красивый. Грешный. Безжалостный, страница 88 – Виктория Кузьмина

Мир перед моими глазами стремительно начал темнеть, пока и вовсе всё не померкло, поглощённое чернотой.

— Каин, я всё понимаю, но это переходит любые границы, — директор сцепил пальцы на столе.

Деза сидел в тёмном кабинете, полном дыма. Напротив него сидел мощный мужчина в элегантном костюме. Они смотрели друг на друга, как два хищника, готовых разорвать глотку при малейшем неверном движении. Аура в кабинете была просто разрывающей. Давящей, из-за чего воздух стал вязким. Тяжёлым.

Девушка-секретарь зашла на дрожащих ногах и подошла к столу, поставив небольшой поднос, на котором стояли две чашки с кофе. Её трясло от страха, потому что директора она видела в таком состоянии всего несколько раз в жизни. А парень, что сидел напротив него, и вовсе был монстром. Живым, дышащим кошмаром в человеческой оболочке.

— Я могу идти? — тихо прошептала, опуская взгляд.

Директор, не глядя на неё, кивнул.

Она выскочила из кабинета так быстро, словно за ней гнались демоны.

Они остались одни.

Каин медленно затянулся сигаретой, выпуская дым через нос, и посмотрел на директора холодным, безразличным взглядом.

— Я защищал то, что принадлежит мне, — произнёс он, стряхивая пепел.

— Эта маленькая непробуждённая омега не принадлежит никому, — спокойно проговорил мужчина, откидываясь на спинку кресла. Было совершенно очевидно, что он Каина не боялся. От слова совсем. — По крайней мере, ты официально не заявлял на неё права. Насколько я помню, ты у нас не образец благочестия. И если прикинуть, то тут каждая пятая может принадлежать тебе и носить твой запах.

Каин сжал челюсти так, что скрипнули зубы. Внутри что-то закипело, потребовало вырваться наружу и разорвать глотку этому наглецу, но он держал себя в руках.

Пока.

— Эта омега принадлежит мне. Пока ещё неофициально, — отрезал он, затягиваясь, и в голосе прозвучала сталь.

— Тогда, чёрт тебя подери, объяви об этом официально, чтобы это не было такой проблемой! — директор стукнул по столу так, что по полированной поверхности пошли трещины. — Преподаватель и два студента оказались в больнице, и все на чёртов месяц! Я согласен, что преподаватель заслужил. Но какого чёрта ты отправил молодых пацанов в реанимацию?

— Эти два ублюдка поставили камеру в женской раздевалке спортзала и шантажировали студенток, разводя их на бабки и заставляя делать то, что они просят, — спокойно произнёс Каин, бросив убийственный взгляд на мужчину. — Ещё вопросы?

Директор замер. Встал со своего стула и подошёл к окну, сцепив руки за спиной. Молчал долго, переваривая информацию.

— Откуда ты об этом узнал? — спросил он, не оборачиваясь. — Почему не пришёл ко мне?

— У меня встречный вопрос, — рявкнул Каин, вставая. — Почему вы об этом не знали и не приняли меры? Эта мразь скупала фотографии у студентов.

Директор резко обернулся, и в его глазах вспыхнуло что-то опасное.

— Пойдём покурим, — выдохнул он и открыл дверь на балкон.

Каин одарил его безразличным взглядом и пошёл следом.

Они стояли на балконе и курили. Директор расстегнул запонки, кинув их в карман, и закатал рукава. И в этот момент перед лицом Каина мелькнула интересная деталь. Вокруг запястья директора была чёрная широкая полоса. Татуировка. Вот только она уже осыпалась и растрескалась, чего обычно с татуировками не было.