Книга Неподходящая невеста высокородного, страница 73 – Мариэм Санди

Я не спросила, о ком он говорит.

— Да, - тихо ответила я. - Мама любила такие цвета. Говорила, что они «отдаются в душе».

Он кивнул.

— Она всегда умела находить что-то глубокое там, где другие видели только красивую обёртку.

Мы говорили о ней осторожно, будто боялись потревожить что-то хрупкое.

Вспоминали, как она смеялась, как терпеть не могла пафос, как однажды сбежала с официального приёма, потому что «слишком много лжи на квадратный метр».

Мама была дочерью благородного рода, но ненавидела все, что напоминало ей о ее происхождении.

После того, как мой родной отец отказался спасать мою жизнь.

Мне требовалось многое. Кровь, костный мозг, части органов, он счел, что проще родить еще ребенка, чем спасать этого... И тогда моя мама пошла к единственному совместимому донору, которого смогла разыскать. К Арэну.

— Я тогда понял, что пропал, - сказал Арэн глухо. -Жениться на женщине, которая не боится заявиться ко мне и требовать поделиться частями тела, да еще так кровожадно, - это либо безумие, либо счастье.

— У тебя получилось и то и другое, - заметила я. Он усмехнулся, но глаза остались серьёзными.

— Я до сих пор не простил себя, что не смог её спасти.

Я посмотрела на него.

— Ты не всесилен, пап.

Он вздрогнул от слова, но не поправил.

— Я должен был быть сильнее.

— Ты был рядом, - сказала я. - Для неё это было важнее.

Мы сидели так долго, пока не зажглись первые огни на воде. В какой-то момент он обнял меня и я ощутила знакомое тепло. Как же мне повезло с ним.

Ночью я засыпала спокойно. Без тревоги. Без мыслей о Гае, Ирае, контрактах и кристаллах. Только океан за стеной и ощущение, что хотя бы один день в моей жизни был правильным от начала и до конца.

И, пожалуй, именно это делало его таким исключительным.

Потому что хорошие дни всегда заканчиваются.

Утро пришло слишком тихо.

Селан-7 умела делать это особенно жестоко: солнце вставало мягко, без резких бликов, океан был спокоен, воздух тёплый и чистый, будто мир не знал слова спешка.

Я проснулась от запаха кофе и какое-то мгновение лежала, не открывая глаз, цепляясь за остатки вчерашнего ощущения правильности.

Потом проснулась память.

Я вышла на террасу. Папа уже был там. Сидел за столом спиной к океану, в тени навеса. Перед ним стояла чашка нетронутого кофе. Он не смотрел на воду и это было плохим знаком.

— Доброе утро, - сказала я осторожно.

— Пока да, - ответил он.

Я села напротив. Несколько секунд мы молчали. Он словно собирался с мыслями, и это пугало сильнее любых криков.

— Я начал войну, - сказал он наконец, так буднично, будто сообщал прогноз погоды.

Я замерла.

— Что?

Он поднял на меня глаза. В них не было ярости, только холодная решимость. Та самая, которую я видела в нём лишь несколько раз в жизни. И каждый раз после этого кто-то исчезал с политической карты.

— Дом ка Мрайс больше не является для нас нейтральной стороной, - продолжил Арэн. - Я официально инициировал конфликт. Экономический, информационный и... при необходимости силовой. Пока они, возможно, не знают, что это я. Но узнают. И быстро.

Я медленно выдохнула.

— Из-за меня, - сказала я.

— Из-за него, - резко ответил он. - Из-за того, как Гай со мной говорил. Из-за того, что он позволил себе. И из-за того, что он подверг тебя опасности, не сочтя нужным даже уведомить меня, твоего отца.