Книга Приют для фамильяров, дракону вход запрещен!, страница 37 – Александра Кузнецова

— Только потопа мне не хватало, – прошептала я и, сделав два шага, подалась вперед, чтобы чуть отодвинуть бадью к стене.

Пальцы коснулись железной ручки – и в комнате будто выключили звук. Жевание, хруст, рычание – все разом смолкло.

Три головы остановились и медленно повернулись ко мне.

Левая прищурилась. Правая замерла с куском, свисающим из пасти. Средняя подняла яблоко, как бокал, и тоже уставилась на меня с невероятной серьезностью.

Я почувствовала, как леденеет спина. Медленно опустила взгляд на пол – и увидела тонкую, едва заметную линию в пыли, прямо у моих носков.

— О… нет, – выдохнула я. – Зона обнимания.

Надо сказать, что попасть в зону огромного страшного и очень дружелюбного трехголового медведя было страшно ровно так, как я себе представляла.

Три морды дружно «мрруфнули», когтистые лапы мягко, но неотвратимо сомкнулись вокруг меня. Это было похоже на объятие шкафом. В нос ударил яркий медвежий запах. Мой мысленный список дел тут же пополнил пункт: помыть Герольда.

— Спокойно… спокойно… – пискнула я, пытаясь вывернуться и не задохнуться.

Средняя голова блаженно уткнулась мне в плечо, затявкала по-медвежьи и лизнула распущенные волосы. Я едва не подпрыгнула: язык у Герольда оказался горячим и шершавым, как наждак, только мокрым. Левая, чтобы не чувствовать себя обиженной, ловко облизала мою макушку – и тут же принялась «укладывать» волосы набок, видимо, считая, что так мне больше к лицу. Правая – самая ревнивая – сопнула деловито прошлась по щеке, оставив блестящую дорожку от виска до подбородка.

— Фуууу… – вырвалось у меня.

Герольд отстранился и все три головы уставились на меня. Инстинкт самосохранения вопил, что не стоит расстраивать здоровяка.

Я изобразила на лице самую радостную из всех возможных улыбок и, пересилив себя, обняла медведя. Тактика оказалась верной, Герольд подставил мне свой гигантский бок, чтобы я его почесала.

Пришлось чесать. Да, медведя нужно не только помыть, но еще и вычесать. Похоже не очень-то хорошо им занимались. Весь мой сарафан оказался в приставучих волосках. Тут никакая липкая лента не поможет!

Герольд же счастливо урчал, подставляя бока, а затем повернулся ко мне большой плюшевой задницей и продолжил трапезу. Воспользовавшись этим, я начала медленно отступать. Я уже почти вышла из опасной зоны, когда мой собственный желудок заурчал на всю комнату!

Вот же гадство!

Звук вышел такой выразительный, что все три головы одновременно моргнули. Герольд медленно поднялся во весь свой рост, выпрямился на задних лапах и… протянул мне яблоко.

— О, спасибо… – прошептала я, ошарашенная.

Левая и правая согласно «мрруфнули», словно одобрили благотворительный акт, и, наконец, вернулись к своим мискам.

Я воспользовалась шансом: скользнула боком в приоткрытую щель и почти бегом вылетела в коридор, захлопнув дверь и прислонившись к ней спиной.

Сердце колотилось, волосы прилипли к щекам, сарафан был украшен восхитительным набором медвежьих ворсинок. Я, отдышавшись, посмотрела на яблоко в руках: круглое, румяное, без единого укуса и без слюней.

— Этот приют меня угробит, – сообщила я яблоку шепотом и откусила.

Я зажмурилась и откусила еще. Сочное, сладкое, хрустящее яблоко. Никогда не думала, что от простого яблока можно получать столько удовольствия.