Книга Капитан под залог, страница 43 – Майя Хоук

Бармен исчезает в подсобке, а я тем временем ловлю на себе неоднозначные взгляды собравшихся. Мужчина за ближайшим столиком откровенно разглядывает мою фигуру в обтягивающем костюме. Другой облизывает губы.

Напрасно я оделась так ярко.

Пытаюсь запахнуться, но куртка слишком короткая.

Бармен возвращается и коротко кивает.

— Торн примет. Через пять минут. В подвале.

Мы отходим к стойке. Ждём. Каждая секунда тянется мучительно долго под этими взглядами.

Наконец нас проводят к узкой двери, ведущей вниз.

— Но что ты за это отдашь? — шепчу я, когда мы вместе спускаемся по ступенькам в подвальное помещение.

Рейвен достаёт из кармана кольцо.

Я замираю.

Даже в тусклом свете видно, что оно дорогое. Тонкая работа, изящный узор, камень странного фиолетового цвета.

— Что это? — удивляюсь я.

— Здесь ключ к накоплениям жены. Там немного.

— Но... — замираю я. — Это всё, что осталось от неё.

Рейвен пожимает плечами.

— И наш единственный способ выпутаться из передряги, не находишь?

Мне приходится согласиться. Передёргиваю плечами, немного отстаю и произношу:

— Спасибо.

Теперь мне понятно, что во всё, что происходит, вложилась не только я сама.

Подвал оказывается просторнее, чем я ожидала. Вдоль стен — стеллажи с товаром. В центре — стол, за которым сидит худощавый мужчина с кибернетическим глазом.

— Ворон, — произносит он с усмешкой. — Так это ты.

— Торн, — Рейвен кивает. — Слышал, у тебя есть валарийский текстиль. Контрафакт.

— Может быть, — Торн щёлкает пальцами, и двое его помощников раскладывают на столе рулоны ткани.

Рейвен движением головы указывает мне на то, что нужно оценить качество.

Подхожу ближе. Разворачиваю ткань. Провожу пальцами.

— Оно же может обжечь! — возмущаюсь я, отдёргивая руку.

Торн усмехается:

— Так ведь контрафакт. Нам никогда не повторить условий производства на Валарии. Это максимум, что можно сделать в подпольной лаборатории.

— Но это же опасно! — продолжаю я. — Нестабилизированные красители вступают в реакцию с кожей. У человека может быть химический ожог второй степени! А если ткань пойдёт на нижнее бельё...

Торн слушает, и, кажется, проникается моими словами. Потом говорит:

— Капитан, — я вздрагиваю, потому что звучит так, словно контрабандист догадался о том, кто перед ним.

Но потом осознаю — мы с Рейвеном просто выдаём себя за экипаж межзвёздного корабля. Так что всё правильно.

— Не хочешь уступить нам девушку? — продолжает Торн.

Вдруг чувствую себя неуютно. Между лопаток как будто пробегает горячая волна.

Два помощника Торна подходят ближе. Один облизывает губы. Другой откровенно разглядывает меня.

Под их взглядами мне становится нехорошо.

Глаза Рейвена тем временем блестят — и свечение в них усиливается.

— Она у тебя вроде разбирается, — продолжает Торн. — Я дам отличные отступные. Не понадобится даже наследство продавать.

Рейвен опускает подбородок. Руки его напрягаются. Мышцы перекатываются под кожей.

— Она моя, — заявляет капитан.

Резко перевожу взгляд на него.

— Что это значит? — хмыкает один из контрабандистов.

— Что она не продаётся.

Тогда второй контрабандист выхватывает оружие — короткоствольный плазменный пистолет.

— А нам не нужна такая маленькая цена за такой качественный товар.

Всё происходит мгновенно.

Рейвен движется быстрее, чем я успеваю моргнуть. Его рука выбивает пистолет у контрабандиста — оружие летит в сторону, ударяется о стену.