Книга Капитан под залог, страница 53 – Майя Хоук

Мы продолжаем отвечать. Вопрос за вопросом. Узнаём друг о друге неожиданные факты.

Что Рейвен в детстве хотел стать пилотом. Что я терпеть не могу сладкое. Что он читает старинную земную поэзию. Что я до сих пор боюсь темноты.

С каждым ответом мы становимся ближе.

— Ты видела его лицо, когда он сказал про дегустацию? — я прыскаю в бокал. — Словно мы подопытные кролики!

Рейвен усмехается.

— Доминик всегда был... эксцентричным. В хорошем смысле.

— В хорошем? — я откидываюсь на спинку стула. — Он заставил нас заполнять анкету для свиданий!

— Технически, мы её не заполняем, — Рейвен показывает на пустые листы.

Смеюсь.

— Знаешь, это ещё не самое странное, что я видела у богачей. Леди Кассандра держит коллекцию мумифицированных домашних животных. Все тридцать штук.

Рейвен морщится.

— Серьёзно?

— Абсолютно. А лорд Харкер купил целую луну, чтобы выращивать там редкий сорт чая. Который пьёт только он сам.

— Что ж, — Рейвен качает головой, — у Доминика хотя бы есть вкус.

Мы смеёмся. Легко. Свободно.

И вдруг Рейвен внимательно смотрит на меня.

— И не думал, что ты такая.

Смех застревает в горле.

— Какая? — спрашиваю я.

Рейвен замолкает. Но что-то в глубине его глаз заставляет меня глубоко вдохнуть. Радужки слегка светятся фиолетовым.

Нервно касаюсь пальцами подвески на своей шее.

— Думаю, я должна это вернуть, — говорю я.

— Почему? — Рейвен неожиданно выглядит задетым.

Смотрю в стол.

— Этот старик... — шепчу я.

Потом поднимаю голову.

Рейвен кажется собирается что-то сказать, но я перебиваю:

— А ты думал вообще когда-нибудь, что сможешь снова стать счастливым?

Сказав это, сжимаю салфетку, лежащую на коленях, и смотрю Рейвену в глаза.

Тот слегка отодвигается. Тоже смотрит в стол.

— Вообще считается, что у валарийца может быть только одна пара.

Поперхиваюсь, понимая, что напрасно, видимо, так долго страдала по капитану.

— Если она выбрана сердцем и внутренним голосом, — продолжает Рейвен.

— У тебя есть внутренний голос? — зачем-то уточняю я.

Рейвен странно улыбается.

— Мы так называем ощущение, — он вдруг касается моей ладони, аккуратно приподнимает её и прислоняет к своей груди.

Под пальцами — ровный, сильный стук сердца.

Замираю. Не дышу.

И в этот момент сверху на нас начинает сыпаться ярко-алая пыльца.

Лепестки падают, кружатся в воздухе, оседают на волосах, на плечах.

— А вот и они! — из-за деревьев появляется Доминик.

Мы с Рейвеном вздрагиваем, отстраняясь друг от друга.

Откидываюсь назад, заправляю волосы за уши. Потом бросаю взгляд на дурацкие листы и понимаю — мы с Рейвеном ничего не заполнили. Вместо этого мы просто болтали около часа напролёт.

— Покажите-ка ваш наряд! — громко говорит Доминик.

Привстаю. Разглаживаю платье.

Доминик обходит меня медленно. Его взгляд профессиональный — оценивает линии, посадку, игру света на ткани. Щурится, рассматривая швы. Касается края подола, проверяя качество обработки.

— Безупречно, — наконец произносит он.

Хлопает в ладоши.

— Держу пари, ваш отец и не подозревал о таких талантах!

Касаюсь подвески на своей шее.

— Спасибо за подарок.

— О, это не я! — поднимает брови Доминик и прибавляет: — Должно быть, у вашего таланта появился поклонник! Поздравляю!

В этот момент ловлю на себе слишком внимательный и даже, кажется, опасный взгляд Рейвена.