Книга Капитан под залог, страница 62 – Майя Хоук

— Сделайте это, — говорю я твёрдо.

Доминик кивает и исчезает, уже набирая чей-то номер.

Рейвен смотрит на меня вопросительно.

— Алина Вейкфилд, — объясняю я. — Она придёт на открытие. В моём платье. И все сфотографируют её. Все увидят, что может Элира Стормвейд.

— Умно, — одобрительно кивает Рейвен.

Алину вызваниваем через час.

Она приезжает в космопорт на собственном флайере. Высокая. Стройная. Платиновые волосы до пояса. Идеальный макияж.

Входит в ангар, оглядывается с нескрываемым любопытством.

— Элира Стормвейд? — она приподнимает бровь. — Слышала, у вас тут... интересная ситуация.

— У меня есть предложение, — начинаю я.

Показываю ей платье. Валарийская ткань переливается под светом, играет оттенками изумрудного и золотого.

Алина ахает. Подходит ближе. Касается ткани кончиками пальцев.

— Это... потрясающе.

— Оно ваше. Если вы согласитесь надеть его завтра на открытие биокупола.

Алина морщит носик.

— Но ведь оно сшито не под меня, — капризно произносит она. — Мне же обещали эксклюзивный заказ. Индивидуальный.

Рейвен делает шаг вперёд. Голос его не грубый, но строгий. Командный.

— Мисс Вейкфилд, это ваш шанс снова выйти в свет после долгого перерыва. И сразу же стать сенсацией. В платье, которого ни у кого больше нет. Перед всей прессой. Как икона стиля и защитница природы одновременно.

Алина смотрит на него. Долго. Внимательно.

Потом медленно улыбается.

— Ладно, — она морщит нос, но в глазах появляется азарт. — Только ради вас, капитан.

Мы с Рейвеном наблюдаем за событием с балкона второго этажа отеля.

Внизу, в специально оборудованном биокуполе, порхают сотни лунных бабочек. Их крылья переливаются всеми оттенками серебра и голубого, оставляя за собой светящиеся следы в воздухе. Зрелище завораживающее — словно живые созвездия кружат под прозрачным куполом.

Но все камеры направлены не на бабочек.

На Алину.

Она стоит в центре купола в моём платье, и валарийская ткань реагирует на свечение бабочек, отражая и усиливая их сияние. Каждое движение создаёт волны переливающегося света. Платье словно живое — дышит, течёт, играет красками.

Алина выглядит сногсшибательно.

Фотографы щёлкают затворами без остановки. Журналисты теснятся с микрофонами. Светские львицы что-то горячо обсуждают, показывая на платье.

Смотрю в свой коммуникатор. Новостные ленты уже взорвались.

"Алина Вейкфилд затмила бабочек!""Загадочное платье из валарийской ткани — кто создатель?""Вейкфилд вернулась в высший свет с триумфом!"

Профильные модные паблики один за другим задаются вопросом: кто сумел так мастерски обработать капризнейшую валарийскую ткань? Кто добился такого идеального перелива? Кто создал этот шедевр?

Пальцы зависают над клавиатурой. Рвусь ответить. Написать: "Это я. Элира Стормвейд".

Но тёплая рука мягко накрывает мою, останавливая.

Рейвен.

Он берёт меня за запястье и негромко говорит:

— Ты уже всё сказала.

Поднимаю на него взгляд.

Его глаза совсем близко. Валарийское свечение в них усилилось — радужки переливаются фиолетовым, словно драгоценные аметисты под лунным светом. В глубине мерцают золотистые искорки, которые то вспыхивают, то затухают в такт его дыханию.

Он смотрит на меня так, словно я — единственное, что имеет значение в этом мире. Не бабочки внизу. Не Алина в моём платье. Не успех, который разворачивается на наших глазах.