Книга В плену золотого дракона. Призванная родить, страница 15 – Майя Хоук

— Ее семья будет осыпана золотом! — продолжает Андар. Я молчу. — А та, что родит сына…

Он вдруг замолкает, не договорив, и пристально смотрит на меня.

— Вы могли бы найти ту, что достойна вас, — наконец вставляю я.

Андар кривит губы и качает головой. Кажется, я задела его за живое.

— Но вы же сами хотели от меня избавиться. Разве не честная сделка? Я возвращаюсь в свой мир, вы получаете артефакты…

Андар внезапно хватает меня за руки, и по запястьям разливается тепло. Не жар, как в первый раз, а что-то приятное, согревающее, почти щекочущее изнутри.

Я отшатываюсь, пытаясь высвободиться, но Андар держит меня еще мгновение, прежде чем отпустить.

— Эти условия мне не подходят, — холодно заявляет он. — Теперь ты моя собственность.

С этими словами он разворачивается и уходит.

— А как же золото для моей семьи? — кричу ему вдогонку. — Это же нарушение договора! А раз он нарушен, значит, его можно считать недействительным?

Не знаю, зачем провоцирую того, кто явно сильнее меня. Но я до смерти не хочу оставаться в его гареме. Не так я представляла себе счастливый брак.

Андар оборачивается, скрытый тенью коридора. Видны только горящие глаза. Он снова в ярости. Ну и пусть. Не в первый раз!

Стоять одной приходится недолго. Вскоре я замечаю фигуру, которая машет мне из-за колышащихся тюлей — это вполне недвусмысленный знак подойти ближе. Решаю, что сегодня уже сделала достаточно глупостей, поэтому подчиняюсь. Выясняется, что меня звала одна из местных девушек. Одета она проще, чем избранницы Андара — наверное, чем-то не подошла.

Стараюсь не забивать себе этим голову, следуя по коридору за ней. Похоже, судьбы местных обитательниц могут быть похуже моей.

Путь оканчивается в узкой комнате с резной ширмой и низким ложем, на которое накинуто худое алое покрывало, расшитое бисером. Одного взгляда на эту материю хватает, чтобы понять — она пережила уже не одну местную гостью. От этой мысли становится холоднее и страшнее. В комнате не жарко, тянет сыростью. Невольно бросаю взгляд в угол, поросший плесенью, и стараюсь не поморщиться.

«Тоже мне великий дракон! — думаю я. — Не сумел даже толком облагородить место, где живут его наложницы. А ведь где-то я слышала, что о мужчине судят по благосостоянию его женщин».

В этот момент железная дверь за моей спиной хлопает, и в скважине поворачивается ключ. Сердце начинает биться чаще — я слишком расслабилась. Резко оборачиваюсь, но уже поздно — за дверью лишь мелькает тень провожатой.

— Чтоб тебя… — глухо вырывается у меня.

С такими условиями мне отсюда точно не сбежать!

Мне становится не по себе — гораздо хуже, чем в ту ночь с драконом. Тогда хотя бы меня опоили, чтобы убрать неприятные ощущения. Забираюсь с ногами на худенькую кровать, опираюсь спиной на стену и прикрываю глаза — не хочу ложиться на тряпки, на которых спал кто-то до меня.

«Я отсюда выберусь», — повторяю про себя.

Так незаметно приходит сон.

Кажется, я вижу свою старую квартиру, маму, брата… и вдруг вздрагиваю от неожиданного скрипа. Глаза распахиваются сами собой, веки дрожат. На мгновение мне кажется, что в углу только что мелькнула тень. Ладони покрываются холодным потом, сердце бешено колотится.

Бросаю взгляд за занавеску. В темно-синем небе светит молодая луна. В ветвях деревьев, которые отсюда видны лишь краешком, заливаются птицы.