Книга Бывшие. Искры прошлого, страница 37 – Марьяна Зун

— Сын, прости, — пытается оправдаться Володя, — я исправлюсь. Ухожу.

Это действует, и бывший правда вызывает лифт и уходит. Сын и любимый мужчина остаются вдвоём.

— Арсений, позови маму, — слышу тихий голос Матвея.

— Она просила передать тебе, что она всё знает и тебя ждёт Энни. Уходите, Матвей. Вы обидели мою маму, и я не могу поверить, но она очень расстроена.

Я ухожу обратно в свою комнату. Это мужской разговор. Надеюсь, Тихонов найдёт правильные слова и все сможет объяснить Арсению.

Вновь забираюсь в кровать и накрываюсь одеялом. Закрываю глаза и пытаюсь найти в себе силы поговорить с Матвеем. Вновь открывается дверь и входит Арсений и произносит:

— Вам нужно поговорить.

— Через пару дней.

— Я понял.

— Он ушёл?

— Да.

— Я заказала тебе ужин, поешь обязательно.

— Отдыхай. Я разберусь, — улыбаюсь, мой сын так вырос.

Но проходят несколько дней и ничего не меняется. Аппетита нет. Но приходится шевелиться. Выхожу на работу и встречаюсь с Мотом в коридоре. Пришла специально на два часа раньше. А он уже здесь. В его любимых глазах столько отчаяния. Вижу, как ему хочется подойти и прикоснуться ко мне.

Больно. Хочется плакать. От несправедливости. Но я беру себя в руки и захожу в кабинет. Матвей идёт за мной, и как только щёлкает замок. Я оборачиваюсь и встречаюсь с голодным взглядом Мота. Он обнимает и прижимает к своей груди.

— Не могу тебя отпустить. Я люблю тебя, Зеленоглазка! — от его слов разрывает на куски. Нахожу силы и произношу.

— Но ты должен. Ребёнок от него нельзя отмахнуться. Он не виноват, что… — договорить не получается. Ком в горле.

Целует моё лицо.

— Когда ты уезжаешь?

— Не знаю. Маму не могу оставить.

— Можешь. Найми сиделку. Проблем с финансами у тебя нет.

— Но как я оставлю тебя? — открываю глаза и вижу блеск в его глаза. — Как же поздно мы поняли и приняли свои чувства, — улыбаюсь.

— Я не виню тебя, ты жил своей жизнью, и у тебя были женщины. Ты ведь не планировал возвращаться в Россию. Обстоятельства так сложились, — стараюсь говорить ровно, но дыхание срывается.

— Я не смогу без тебя.

Зачем он меня убивает?

Буду сильной и говорю:

— А придётся. У нас было наше время.

Это ничтожно мало, но…

Матвей накрывает мой рот жадным поцелуем. Все происходит сумбурно. Офис ещё пуст. Никого нет.

— Хочу тебя, Маринка. Я дико скучал. Три дня вдали — это выше моих сил.

Слезы текут по щекам, но я разрешаю меня раздеть. Сама расстегиваю его брюки. И мир исчезает.

Наш последний раз. И Матвей своими руками возносит меня к небесам.

— Люблю тебя, и всегда буду любить. Моя нежная Зеленоглазка.

Хочется ему верить, но, увы, там жизнь его закрутить, забота об Энни, беременность, а потом и роды, рождение малыша. Он обо мне и не вспомнит. Сейчас хочется верить и наслаждаться тем, что у нас осталось. Мы всё ещё соединены. Нежные поглаживания, поцелуи и тепло его тела.

Но в нашу близость врывается жизнь офиса. За дверью слышно, как на работу приходят коллеги. И нам приходится отлипнуть друг от друга. Мот помогает мне одеться. Поправляет юбку, берет влажные салфетки и вытирает следы с моих бедер. Он предельно нежен. Пока я поправляю прическу. Матвей одевается сам. Подходит, берёт в руки моё лицо, смотрит и произносит:

— Я вернусь. — Боже, как хочется в это верить.