Книга Академия Высших: выпускники, страница 11 – Марта Трапная

Мурасаки вспомнил лицо Сигмы, которое он увидел в черноте диска спустя несколько дней после реконструкции. И свой испуг. Вот же трусливый дурак!

— Мы снова сломали печати, – продолжила рассказ Констанция. – С той стороны мы использовали для этого Сигму.

— Почему же с нашей вы не использовали меня?

— На тебя были другие планы.

— И тот, второй, кем вы закрыли печать у нас, он тоже в могильнике?

— Нет. Его нет в живых. А Сигма смогла ускользнуть от нас и провалилась в тот мир. Это было неожиданностью для нас. Никто не думал, что она сбежит туда.

— И теперь вы хотите, чтобы она поработала ради вас?

— Ради всех нас. Ради всего, что есть. Ты не понимаешь масштаба беды, Мурасаки. Если Древние окончательно проснутся, они уничтожат все. Даже то, чего нет.

— И создадут что-то новое, – продолжил Мурасаки.

— Нет. Они будут уничтожать и разрушать одновременно. Это будет хаос, сплошной хаос.

— Не вижу в этом ничего плохого. Я не держусь за свою жизнь.

— Мурасаки, – грустно сказала Констанция. – Подумай с другой стороны. Ты можешь увидеть Сигму. Поговорить с ней. Взамен тебе надо будет только рассказать ей, что происходит и что она может сделать в этой ситуации. Ты же понимаешь, что заставить ее невозможно. Она всегда была упрямой. В том филиале она была… она совершенно вышла из-под контроля. Ни кураторы, ни декан – никто не мог с ней справиться. Она творила, что хотела. Ей невозможно было управлять. Я даже не прошу тебя просить ее что-то сделать, потому что ей сложно будет отказать тебе в просьбе. Просто поговори с ней и пусть решает она.

Мурасаки смотрел на Констанцию. Что сказать ей? Да? Нет? Отказал бы он в этой просьбе кому-то другому? Скорее всего, нет. Если быть честным с самим собой, а ничего другого тебе не остается, если ты одинок так, как может быть одинок лишь Высший, то увидеть Сигму было его единственным желанием. Его мечты не простирались так далеко, чтобы поговорить с ней. Просто узнать, где она, и увидеть ее. Так почему нет? Он ведь даже не обязан ей ничего говорить. Ему никто ничего не сделает. И у Констанции нет власти над ним. Настоящей власти.

— Хорошо, – сказал Мурасаки после вечности молчания. – Но если я все правильно понял, контакт будет только ментальный?

— Возможно, визуальный или голосовой, это уж как у тебя получится. Физического доступа в могильник нет.

— Я не очень представляю, как организовать ментальный контакт, – признался Мурасаки. – У вас есть идеи?

— У нас есть… некоторые информационные потоки. По изменению которых мы судим о том, что происходит в мире-могильнике. На них можно воздействовать… для передачи информации. Это будут слабые импульсы, сам понимаешь. Достаточно для разговора и все. Ничего больше, – Констанция вздохнула. – И лишь в том случае, если эмиссар на той стороне может улавливать эти импульсы. Обычный человек не сможет. Но Сигма научилась выходить в информационное поле. Так что голос она услышит. Но ни с кем из нас Сигма говорить не захочет.

— Кроме меня.

— Кроме тебя.

Свадьба была плохой. Нет, организация была отличной. Но сама свадьба – ужасной.

Сима видела, что молодожены долго вместе не проживут. Еще больше ее удивляло, что этого не замечают остальные. Все гости совершенно искренне желали «молодым» долгих лет совместной жизни, многочисленных детей, жить-поживать да добра наживать. И сами молодожены открыто улыбались, как будто всерьез верили, что так все и будет – и добро, и дети, и внуки. Сима косилась на ассистента Тему, которого прислала ей Тати, но Тема тоже будто бы ничего не замечал. Впрочем, возможно, ему было просто некогда смотреть на невесту и жениха.