Книга Академия Высших: студенты, страница 92 – Марта Трапная

— Если придет Чоки, что ему передать? – спросил Мурасаки в спину Раста.

Раст обернулся и тяжело посмотрел на Мурасаки.

— Он не придет, ясно?

Сигма уткнулась в пирог, которого почти не осталось. Жаль, что за разговорами она так и не распробовала еду. Просто поела и никакого удовольствия. С другой стороны, может, и хорошо, что все так обернулось. Они не остались с Мурасаки наедине, отвлеклись, поговорили на другую тему. Пусть и не самую лучшую, но…

— Не нравится он мне, – покачал головой Мурасаки. – Что у них там случилось?

Сигма вздохнула.

— Ты же только что читал учебник про проблемы в личностных коммуникациях. И что, не можешь даже предположить, что у них случилось? Поругались, например.

Мурасаки покачал головой.

— Ты ничего про них не знаешь. Они не могут просто поругаться.

— Все могут поругаться. Всегда есть несовпадения. Мне не нравятся твои сиреневые брюки. Тебе не нравится, что я все время ною, будто не сдам математику.

— Не в этом дело, – вздохнул Мурасаки. – Они… я даже не знаю, как объяснить, я сам толком не понимаю. В их мире существует легенда, что давным-давно у местного создателя объявился враг и в финальной схватке победил создателя, рассек его пополам. С головы до ног. Вот только незадача, душу создателя убить не получилось, меч врага ее всего лишь разделил пополам. И одна часть души несет в себе зерно разрушения, вторая часть – зерно созидания. Эти две половинки вселяются в новорожденных детей, а жрецы по специальным приметам их находят, следят за ними, и когда пробуждается душа, забирают у родителей, и дальше воспитывают вместе. А если так не делать, то они будут очень страдать и вместо того, чтобы заниматься своими божественными делами, положат всю жизнь на поиски друг друга. Им надо быть вместе, физически рядом, чтобы нормально жить.

— Какая странная легенда.

— Только это не легенда, это их жизнь, – Мурасаки грустно посмотрел на Сигму. – Они вроде одного человека, разделенного на два тела. Но ты права, их отношения – не мое дело.

— Мне показалось, что Расту не нравится в Академии, – поняла Сигма. – Когда он спрашивал, не хотел ли ты уйти в портал. У него был такой вид, что он бы точно сбежал, если бы была такая возможность.

— Может, – кивнул Мурасаки. – Не всем нравится быть мрачными разрушителями, знаешь ли.

— Но мы же не выбираем, кем рождаться, – возразила Сигма. – Так что глупо делать вид, что ты – это не ты. Расстраиваться по этому поводу или обижаться на судьбу.

— Но ты же расстраиваешься, что у тебя плохие способности к математике! И даже пытаешься их улучшить!

Сигма закатила глаза.

— Вот как с тобой спорить, а?

— А потому что не надо со мной спорить!

— А что с тобой надо делать?

— Нам это делать запретила Кошмариции, – весело ответил Мурасаки. – А то бы я рассказал.

Сигма поняла, что покраснела. До ушей, до кончиков волос. Какая же она дура!

Когда Сигма проснулась, браслет уже подмигивал зеленым огоньком, намекая на новые сообщения.

«Учебный корпус открывается со следующей недели» – понятно от кого, хотя новость сама по себе хорошая. Очень не хватает нормальной учебной аудитории с электронным ассистентом. И хорошо бы еще раз пройти тестирование.

«Встретимся в библиотеке, займу тебе место», – тоже понятно от кого.