Книга (Не)желанная истинная северного дракона, страница 80 – Илана Васина

— Поешь как следует, — он кивнул на тарелку, полную каши с овощами и мясом. — Нам предстоит долгий полёт.

Аппетита особо не было, и я поморщилась, глядя на щедрую порцию. Со вздохом ковырнула её. Потом ещё разок. Но отправить в рот — не хватило воли.

— Если не съешь сама — буду кормить тебя с ложки, — пригрозил тиарх.

Я не поняла, это он пошутил... или что? Как бы то ни было, пришлось взяться за еду. Когда я с трудом осилила тарелку, Бьёрн протянул небольшой флакон из тёмного стекла:

— Выпей. Целитель велел. От холода и укачивания.

Жидкость оказалась вязкой и травянистой, с привкусом мяты. Снадобье согрело изнутри, разливаясь приятным теплом по венам, прежде чем мы вышли на террасу.

Бьёрн, по обыкновению, проверил, хорошо ли я закутана в дублёнку, лично затянул пояс. Он не смотрел мне в лицо, зато я жадно всматривалась в его глаза. Внимательность и решимость — я бы так описала его сегодняшний настрой. Ох, Аругар... Может, сегодня наконец нам удастся найти залежи мертвия?

В воздухе царила морозная ясность. Под нами простирались заснеженные пики. Острые, как лезвия, вершины гор упирались в лазурное небо, а бесконечные хвойные леса расстилались ковром. Солнце играло на снегу, и казалось, что земля внизу расшита миллионами крошечных алмазов.

Мы летели над древними замёрзшими озёрами. Их гладкая поверхность отражала небо, создавая иллюзию бесконечной синевы. Летели над ущельями, где ветер свистел, как забытая песня, над безмолвными плато, где снег лежал нетронутым покрывалом.

И всё это время я стискивала в пальцах образец мертвия, вслушиваясь во внутренний голос. Пыталась уловить хоть намёк на зов, но ничего не чувствовала. Только холод, ветер и какое-то странное спокойствие рядом с Бьёрном. Он равномерно работал мощными крыльями, изредка поворачивая голову, чтобы убедиться, что я в порядке.

Когда у меня заныла под ложечкой от голода, я дёрнула его за лапу. Даже кричать не пришлось про "я проголодалась" — Бьёрн понял и почти сразу устремился вниз.

Мы спустились в небольшую, укрытую от ветра долину, притулившуюся между двумя скалистыми гребнями. Здесь росли редкие сосны. Снег под ногами блестел, заставляя щуриться до слепоты, пока глаза не привыкли.

Мы нашли камни и решили устроиться на обед. Бьёрн усадил меня на ровный, невысокий валун, заботливо укутав его собственным плащом, и я принялась вытаскивать из мешка припасы. Ильва позаботилась о нас на славу: лепёшки, вяленое мясо, сухие яблоки и фляга с тёплым, пряным отваром. Но больше всего меня порадовал увесистый ломоть медовых сот, бережно обернутый вощёной бумагой и льняной салфеткой.

Мне показалось, что Ильва положила его по распоряжению тиарха. Должно быть, он заметил, какая я сладкоежка. От этой мысли смотреть на золотистое лакомство было вдвойне приятнее

Пока мы ели, вокруг стояла звенящая тишина, нарушаемая лишь хрустом яблок и позвякиванием крышки фляги. Я невольно залюбовалась видом. Озеро чуть вдали казалось гигантским драгоценным камнем, вправленным в серые скалы.

— Как здесь красиво... — прошептала я, щурясь от бликов на льду. — И так спокойное. Даже зимой озеро кажется… живым. Удивительно, как природа может создать нечто настолько прекрасное и мирное.

— Не обманывайся, Мия. У севера опасная красота, — он смотрел в глубину подо льдом так, словно видел там не воду, а что-то иное. — Я не люблю озёра, — добавил он глухо.