Книга Любовь и лошади, страница 18 – Валентина Третьякова

— Ну, что там? — в один голос спросили Агрипина и Борис, когда Елена Сергеевна положила трубку.

— Все норм! Юлия Сергеевна говорит, они в восторге, продлили прогулку, катаются дальше, — ответила директор клуба и продолжила учить всадницу подъемам галоп.

Примерно через полчаса случился еще один волнительный момент: любители лесных прогулок показались на дороге, но почему-то пешком, ведя Гасконь и Барона в поводу. К тому времени, откатав детишек, Агрипина села на Гвидона сама, поэтому сразу же двинулась рысью им навстречу.

— Что-то случилось? — спросила она, когда подъехала к ним. Она осмотрела маму внимательным взглядом, но та шла, не хромая, и выглядела бодро и даже, благодаря слегка съехавшей на бок шапке, лихо.

— Агрипинатамтаккрасива-а-а-а! — выпалила Зоя Васильевна и закатила глаза, прижав руку к груди. — Агрипина-а-а! Какойтамле-е-ес!

— Все хорошо, Агрипина Евсеевна, — одновременно с ней сказала тренер Юля. — Спешились ноги размять и согреться, все-таки в лесу прохладно, а с непривычки в седле ноги затекают.

— Лес невероятный! — вторил им Ростислав Романович. — Словами не передать наши чувства!

Агрипина выдохнула и поехала рядом с ними, отметив, что Юля явно не пожалела времени, чтобы научить Зою Васильевну и Ростислава Романовича, как правильно вести лошадь рядом.

Елена Сергеевна закончила тренировку и, выслушав, восторги гостей по поводу прогулки, предложила им выпить горячего чаю. Зоя Васильевна, с трудом оторвавшись от Машки-ромашки, согласилась в обмен на историю спасения этой овечки.

Агрипина только головой покачала. Маме в голову не пришло оставить у себя Маркиза, зато Машку, дай ей волю, увезла бы к себе, не думая.

После чаепития директор клуба вышла слегка ошалевшая. Наверное, было проще поменять стол и диван местами, чем объяснить маме Агрипины, что не надо как лучше, пусть стоят как есть.

Елена Сергеевна отличалась стойким характером и крепкими нервами, но все же вздрогнула, когда заметила, что дружная пожилая парочка снова направляется в ее сторону. Как назло, до следующей тренировки еще было полчаса. Она огляделась по сторонам… Ага! Агрипина, закончив тренировку, шагала на Гвидоне. Рядом на лавочке сидел Борис. Елена Сергеевна резвой рысью направилась к ним.

— Агрипина Евсеевна, я расседлаю Гвидона сама, а вы можете ехать, — предложила она, косясь на приближающийся ураган причинения добра и пользы. — Ваша мама, наверное устала…

— Спасибо, но мы не торопимся, — радостно сообщили ей Агрипина с Борисом. — А мама поедет с Ростиславом Романовичем на его машине.

“Не фортануло, не прокатило,” — подумала директор и плюхнулась на лавочку рядом с Борисом.

Преследователи сократили расстояние до минимального. Зоя Васильевна встала перед Еленой Сергеевной, отрезая все пути отхода.

— Я хочу купить лошадь. У вас есть белые? — без лишних предисловий спросила мама Агрипины.

Борис отвернулся, делая вид, что его очень заинтересовала живописная сосна, росшая неподалеку. Агрипина упала на шею Гвидона, пряча лицо с той стороны, где не было зрителей.

Лицо Елены Сергеевны не дрогнуло. В директора собственных конных клубов кого попало не берут. В повисшей тишине ее мозги работали как центр управления космическими полетами. Ну, не делается так! Лошадь — не хомячок, и не кошечка. Владеть лошадью — это большие расходы и огромная ответственность. С другой стороны, если у человека есть желание, то все возможно. Что, если…? Пожилой женщине за шестьдесят не нужен горячий, ахалтекинский скакун. Ей нужен надежный, спокойный партнер для шаговых прогулок. И такой конь был!