Книга Цветок мятежного князя, страница 88 – Мэри Кенли

Я молча комкала в пальцах бумажную птичку (олицетворение новогодних желаний). Чего же мне хочется? Пройти сюжет. Сберечь семью. А ещё… Чувство недосказанности осело ядовитым привкусом на языке.

Я никогда ничего не желала для себя, будто в моей тихой жизни всего предостаточно. Но в действительности… Это неправда. Мне чего-то не хватает. Или… Кого-то?

Неосознанные чувства дурманят голову, мутной патокой размывают сознание. Я коротко вздохнула и незаметно отдалилась от остальных. В тень, подальше от ярких огней… И только потом ощутила Его присутствие.

Он стоял во мраке. Не рядом с сыном (Цзенлан давно присоединился к остальным), а здесь, в тишине и спокойствии. Там, где мост скрывал наши силуэты от света алых фонарей.

— Вам здесь не нравится. — проговорила я, повинуясь внутреннему чутью.

— Вам тоже. — задумчиво ответил князь.

Я подошла поближе, вслушиваясь в радостные крики, которые то и дело раздавались с моста. Где-то в небе вспыхнули первые фейерверки…

— Тогда ответьте: что мы здесь забыли?

Что я делаю на этом празднике жизни? Вокруг всё такое красивое, яркое, весёлое, а у меня гадкая тоска на сердце лежит. И это так странно… Кругом солнце, а я будто под свинцовой тучей.

— Забыли… — протянул Вейян, и голос его смягчился. — Видимо, что-то важное? Люди постоянно забывают ценное. Воспоминания, ощущения… Чувства. А в подобные моменты мы просто пытаемся воссоздать это в памяти. По крупицам, по осколкам, по чужим взглядам.

Я посмотрела ему в глаза. Во мраке различим только силуэт, но обволакивающий голос князя творит чудеса, будто наяву рисуя знакомые черты. И это чувство… Глубокое чувство защищённости. Рядом с ним всё казалось каменным, непотопляемым. Даже если привычный мир рухнет под штормом — Хао Вейян непременно выстоит. Один вопрос: какова цена такой решимости?

— Тогда… Давайте загадаем желания. — тихо предложила я, протянув руку.

Хотелось показать своего смятого журавлика, но, вместо этого — пальцы обожгло случайным прикосновением. Я ощутила, как легко и быстро он провёл ребром ладони по линии моей жизни, а затем…

— Что… это? — непонимающе спросила я.

— Желание, которое я отправлю в плавание по реке.

Он прошёл мимо неслышной тенью и склонился к воде, опуская бумажный фонарик. Маленький одинокий символ, который вскоре пойдёт ко дну. Но теперь я понимала истинное значение его слов.

Подобные фонари… Дань миру мёртвых, беззвучная молитва за усопших. В этот самый день, среди всеобщего веселья, Кровавый князь думал лишь о тех, кто оставили его давным-давно.

— …Госпожа, вы не можете прятаться вечно.

— Я и не прячусь.

Шия окинула меня укоризненным взором и покачала головой, будто бы сетуя на мой характер. Но я (почти) не соврала ей! Девушкам из Цветника сложно скрыться от чужих глаз, а мне просто… Не хочется выходить на улицу. И, да, это затворничество началось сразу после фестиваля.

Уж не знаю, что именно князь обнаружил в храме, но всё поместье бурлило изнутри. Нам строго-настрого запретили ходить куда-либо без разрешения, и тогда я поняла: те похитители, вероятно, связаны с Луном. Возможно, они прибыли с нашей родины, крепко обосновались в Шуаньи и творят свои чёрные дела у всех на виду… Так или иначе, князь был в ярости! Одно радует: Мина обезврежена раз и навсегда.