Книга Рябиновая кровь, страница 56 – Марина Адлер

Сундук подо мной резко покачнулся, а кто-то из женщин охнул от испуга, когда резкий порыв ветра поднял с дороги пыль с камнями и ударил по несущим, ослепляя их на краткий миг. В попытке не соскользнуть вместе с покрывалом с сундука, ухватилась за края своего временного ложа. Над головой, в небе, что сияло и без того светлой лазурью и лучами яркого солнца, мигнула неестественно яркая молния. Следом и гром заставил пуще прежнего зашептаться меж собой горожан. Голоса же поющих женщин настойчиво стали ещё громче воспевать незнакомую для моего слуха песнь.

Как только спели и эти слова все люди, собравшиеся на улицах, небо стало темнеть. Тучи с дикой скоростью заклубились вокруг, стягиваясь к Мирну. Гром и молнии уж спелись, часто озаряя небосвод свечением и громким звуком. Когда о щёку с силой ударилась первая крупная капля дождя, превозмогая страх, приподнялась на локтях, пока горожане неизменно, покачивая словно на волнах, несли меня в сторону дворца, передавая из рук в руки. Многие, кто оставался до этой поры наблюдать у домов, заметили настигающую бурю и тоже бросились помогать, когда фата моя, вздёрнутая порывом ветра стала развеваться из стороны в сторону, мешая принимать тяжкую ношу. Держась за край сундука, часто ощущала, как женщины стараются коснуться моей руки, успокоить и поддержать.

Не было в яровчанах злобы или же непринятия по отношению ко мне. Все жители Мирна словно понимали, каково чужеземной княжне сейчас. Никто даже взгляда не бросил презрительного на меня. Смотрели так, словно каждому была сестрой, дочерью. Переживали. С заботой передавали из рук в руки, намеренно устилая путь самыми сильными мужами. Слова песни ритуальной и вовсе задребезжали в воздухе, делая его словно бы густым.

Слова тягучего припева ещё не раз повторялись, пока старалась безуспешно рассмотреть вдали дворец княжеский. А дождь предательской резкой влагой, хлынул с небес под рёв очередного раската грома. Дерево подо мной стало предательски скользким. Сундук решил игриво принимать касания народа, всякий раз норовя сбежать из сильных рук молодых да сильных мужчин. Люди занервничали, а я в панике достала из рукава зелёную косу водяного, сжимая ту в руке до побеления костяшек.

— Помоги. Помоги, Яромир, — прошептала, прикрыв глаза. Осмотрелась вокруг в поисках водяного. Знала, что он будет тут, среди толпы собравшихся. Знала, что не сможет оставить одну, дав обещание защищать. Но среди стольких людей, не смогла отыскать знакомый образ. Это попросту было невозможно.