Онлайн книга «Говорящие с...»
|
— Извините, - задушено сказали где-то у Эши под поясницей. - Охх! Но разве я не предупреждал? Ничего не сломали? — Себе или вам? - Шталь, кряхтя, приподнялась и с негодованием отбросила прочь сук, удрученно обозрела огромную дыру на колготках, после чего вскочила и поспешно начала стряхивать с себя муравьев. Усыпанный листьями неудачливый спаситель сел, растирая грудь и воровато озираясь, словно выискивал лучшее направление для стремительного бегства. Вблизи он оказался совсем молодым человеком, не старше двадцати пяти, довольно мощного телосложения, но с такой щенячьей грустью и беззащитностью в глазах, что они практически сводили всю мощь телосложения на нет - печальный великан, на которого может безнаказанно наорать любой лилипут, и Эше вновь отчего-то стало неловко. Она проверила, не разбился ли при падении телефон, потом огляделась и начала стягивать испорченные колготки. — Что вы делаете?! - всполошился человек, попытался встать, но, поскользнувшись, тут же шлепнулся обратно и тоже огляделся. - Вы... Зачем? — Снимаю колготки - они порвались, - любезно пояснила Эша. - А вы что подумали? — Ничего, - быстро сказал тот, глядя как Эша запихивает колготки в сумочку. - Просто это... было слишком неожиданно. — Мужчины обычно иначе реагируют, когда я при них снимаю колготки. Сидящий сердито сказал, что у него не то воспитание. Шталь возразила, что воспитание здесь не при чем, после чего парень наконец-то поднялся на ноги, отряхивая одежду, и Эша изумленно воззрилась на него снизу вверх. — Поверить не могу, что вы меня уронили! Ладно, теперь можете угостить меня кофе и чем-нибудь съедобным. — А если я не хочу? - осторожно спросил он. — Вы меня уронили! - угрожающе напомнила Эша. - И теперь собираетесь сбежать?! А если б я сломала себе шею? Что - вы бы тогда забросали меня листьями и продолжили любоваться речными видами?! Девушка свалилась вам на голову, сняла при вас колготки, и вы считаете, что теперь можете просто развернуться и уйти?! — О Господи, да я просто гулял! - зачем-то сказал человек жалобно. - Я люблю гулять здесь по утрам, я хожу по набережной до самого моста, а потом через съезд на Малую Покровскую, а потом через площадь на... — Это не ответ. Как вас зовут? — А вам зачем знать? - теперь жалобность сменилась подозрением. — А вы что - в розыске? — Ну, Глеб, - парень глянул на прохожих, точно раздумывая - не позвать ли на помощь. - Знаете, девушка, мне правда сейчас не до вас... — А ее как зовут? Он быстро повернул голову и широко раскрыл глаза. На мгновение Эше показалось, что Глеб действительно сейчас пустится наутек. — Просто я много раз видела людей с таким выражением лица. По счастью, сама с ним никогда не ходила. Совершенно точно, что она есть, и совершенно точно, что ее нет у вас. На всякий случай, извините. Глеб с минуту молча смотрел на нее, и Эше казалось, что с каждой секундой он становится все выше. Потом хмуро сообщил: — Я всегда завтракаю в одной кафешке на Большой Покровской. Это... хм-м, далековато, но... Я к ней привык и... Ну, меня там все знают. — Несомненно, - скромно ответила Шталь, вытрясая муравьев из волос. * * * Глеб заговорился с каким-то знакомым возле стойки, и Эша сидела одна под похлопывающим на ветру синим барным зонтиком и поглядывала на спутника, следя, чтобы разговор не превратился в тактический маневр отступления. Левой рукой она болтала ложечкой в кофейной чашке, правой рисовала на салфетке закорючки и размышляла, с чего она вообще вцепилась в Глеба? Грустные влюбленные были не в ее вкусе, чувства вины не присутствовало никакого, значит, вывод только один - Глеб был подозреваемым - интуитивно потенциальным подозреваемым в потенциальном деле, потому что на набережной остался именно он и именно его она и подозвала, а не кого-нибудь еще. Если использовать ейщаровскую теорию, то Глеба уже можно было либо заковывать в наручники, либо объявлять Говорящим, либо не сомневаться, что он приведет ее к Говорящему. С точки зрения судьбы как-то слишком уж просто. С другой стороны, в последнее время так все и случалось. Глеб пока выглядел милым парнем, но последний милый парень, с которым Эша познакомилась тоже совершенно случайно, оказался похитителем инвалидов. Правда, она знакомилась с людьми и в других городах, везде было море случайностей, которые ни к чему не приводили, и все обретало определенность лишь тогда, когда Ейщаров по телефону говорил: "Ну-ка, ну-ка". Разве не он выбирал эти случайности? При чем же тогда тут судьба? Хотя и Ейщаров уже несколько раз ошибался. В любом случае, если дело так дальше пойдет, ей уже скоро страшно будет знакомиться с людьми. Ладно, остается надеяться, что никакого дела нет, и Глеб окажется просто Глебом, ибо и в роли Говорящего, и в роли преступного элемента он будет ужасен - благодаря не только своим размерам, но и своей редкостной неуклюжести. |