Книга Говорящие с..., страница 248 – Мария Барышева

— Впрочем, забери его обратно.

Пакет унесся назад, задев шталевскую щеку, и Эша раздраженно дернулась.

— Хотя, давай все-таки я подержу, у меня все равно руки свободные.

Хрусть-хрусть.

— Нет, Тань, давай я его, наверное, в сумку спрячу.

— Хотя забери, тут и так места мало.

— Или давай, все-таки, я подержу.

— Ладно, мам, давай его мне.

— Хотя не надо.

— А ладно, давай, я подержу.

Пакет стремительно сновал туда-сюда, отчего Эша, наблюдавшая за этим краем глаза, начала тихо свирепеть. Она покосилась на мужчину - тот неподвижно смотрел перед собой с выражением бесконечного страдания, и в глубине его глаз что-то подрагивало. Он походил на человека, которого лишь несколько секунд отделяют либо от апоплексического удара, либо от массовой кровавой резни.

— Да пусть у меня будет, может, сейчас сразу и купим все.

— Хотя нет, забери.

Эша, издав звук потревоженной кобры, ухватила в очередной раз пронесшийся мимо пакет, легко выдернув его из чужой руки, и швырнула в приоткрытую форточку. Пакет порхнул прочь, развернувшись в воздухе, и, подхваченный ветром, неторопливо полетел на запад.

— Вы с ума сошли?! - взвизгнула женщина, глядя на Эшу с каким-то священным ужасом, будто та сию секунду плюнула на церковный алтарь.

— Да, - ответила Шталь с рабочей интонацией и сдвинула кепку на затылок. - А что?

Страдание в глазах мужчины сменилось интересом. Его супруга принялась говорить разные громкие слова, угрожающе размахивая руками, и дочка просовывала между ними свой тонкий, как лезвие ножа, голос:

— Вышла и подняла мешок!.. Вот встала, вышла и подняла мешок!..

— А известно ли тебе, - вдруг завопила Эша на весь автобус, - известно ли, что каменные горгульи и химеры Нотр-Дама оживают по ночам, и ползают по стенам собора, и вновь замирают с рассветом?!

В автобусе наступила абсолютная тишина, а глаза противниц стали совершенно дикими. Девчонка начала медленно отодвигаться.

— Это мой своеобразный способ сказать тебе, чтоб ты отвалила, - пояснила Эша уже спокойным голосом и мирно сложила руки на коленях.

— Сиро-ожаа! - взвыла женщина. - Что ты молчишь?! Твою дочь...

— Наша остановка, - с облегчением сказал мужчина, поднимаясь. - Или мы выходим, или... - он завершил фразу красноречивым взмахом руки и устремился к дверям. Супруга, громыхая, ринулась следом, девчонка тоже вскочила, припечатав напоследок:

— Психопатка!

Эша показала ей язык и под внимательными пассажирскими взглядами вышла через другие двери. Ехать дальше расхотелось - и в этом автобусе, и вообще. Она немного потопталась на тротуаре, пытаясь понять, что на нее нашло, потом огляделась, и ее взгляд уткнулся в вывеску на противоположной стороне улицы. Вывеска была блестящей, новенькой - казалось, ее повесили только вчера.

Парикмахерская "ВЕРСАЛЬ"

— Фу, как банально! - сказала самой себе Эша и отвернулась. Но тут же повернула голову обратно. Что-то кольнуло ее - что-то странное, хотя во всем облике парикмахерской не было ничего необычного. Типовое скромное одноэтажное здание типа "ящик", в каких еще со времен перестройки размещались фирмы-однодневки и столь же краткосрочные магазинчики - стекло и немножко стен. Крыша выглядела довольно ветхой, но фасад сиял свежими красками. Боковые стены облупились, дугообразные металлические перила маленького ухоженного крылечка сверкали на солнце, а по бокам стояли вазоны с пушистыми елочками. За фигурными решетками распахнутых окон слабо колыхалась зелень комнатных растений и абсолютно ничего не было видно. Возле одного из окон стояли двое мужчин - один что-то измерял рулеткой, а второй, привстав на цыпочки, заглядывал внутрь и ухмылялся. Во всем этом не было бы ничего особенного.