Онлайн книга «Говорящие с...»
|
Некоторые, похоже, делали это весьма агрессивно. — Где выход?! - не тратя времени на приветствия рявкнул один из мужчин, и Шталь тотчас узнала голос, кричавший через Янину дверь. — Мы сами не знаем, - поспешно сказала она. — Вранье! - истерично завизжала женщина с ребенком. - Держи их! Прежде, чем Эша успела отреагировать, Сергей резко повернулся, втолкнул ее обратно в комнату и захлопнул дверь. Из-за нее донеслись крики, громкий топот, дверь тотчас снова качнулась обратно, и в нее просунулась чья-то свирепая физиономия, удушливо дыша перегаром, но Шталь наотмашь с силой шлепнула по ней ладонью, и физиономия, охнув, провалилась обратно в коридор. Эша снова захлопнула дверь и заперла ее. Дверь вздрогнула несколько раз, потом послышался удаляющийся стук множества бегущих ног, и все стихло. Жалобно ругаясь в адрес Яниного глупого рыцаря, которого наверняка сейчас где-то рвут на куски, Эша подскочила к окну. Ну конечно, все тот же четвертый этаж! Свесившись через подоконник, она пронзительно завопила, но никто внизу, естественно, не поднял головы. Почему они там, а она здесь?! Почему они входят в гостиницу и спокойно выходят?! Чем она хуже?! Эта гостиница... Дом. Дом, по которому мечутся люди и не могут найти выхода. Не все люди - только некоторые. Люди, которые... Люди, которых дом предпочел оставить себе? Дом, господи, ну конечно же! "Фабия", хризолит, прочие вещи... Разве она "слышала" их детали, их молекулы? Она слышала вещь в целом, одну только ее, как единый живой организм. Знает ли Михаил, что думает рукоять ножа о его лезвии? Знает ли Сева, как относится ножка стула к его спинке? Она не слышала такого. А дом... не потому ли все вещи здесь так безмолвны, что теперь они - лишь часть дома? Его детали? И ее хризолит, и "фабия" тоже стали только лишь деталями, когда попали сюда. Дом поглотил их. Сделал частью самого себя. Самостоятельными остались только люди, которых он не выпускает. Для чего они ему? Для того чтобы не быть пустым? Говорящий с домом? А разве такие бывают? Как можно говорить с целым домом? Как можно делать то, что она видела? И как получается, что те, другие, этого не видят? Может, все-таки, у нее галлюцинации? Может, она все еще лежит в своей комнате, без сознания, вся в слюнях и галлюцинирует? А может, она все еще в машине, на раскаленной трассе, и не было никакой гостиницы, никакого Толика с экскаватором, никаких потерявшихся людей... Чересчур оживленные какие-то галлюцинации получаются! И уж кому-кому, а Михаилу совершенно нечего делать в ее галлюцинациях! Хватит, Шталь, соберись! Ты неизвестно где, вокруг обезумевшие и потерявшие надежду люди, парня где-то убивают, слепая девчонка, за которой ты обещала вернуться, тоже наверняка попала в беду, с Бонни неизвестно что... Дом - так дом! В конце концов, нашествие пауков было куда как страшнее, а теперь один из них у тебя в подружках! Нечего распускать нюни! Ты герпетолог или кто?! Вообще-то, не герпетолог. Эша огляделась, схватила единственную уцелевшую бутылку, стоявшую на фортепиано, выдернула пробку, и в несколько глотков выхлебала вино, которого в бутылке оставалось ровно половина. Потом взяла бутылку наперевес за горлышко и сказала закрытой двери: — Ну держитесь! Идет герпетолог! |