Книга Говорящие с..., страница 535 – Мария Барышева

Когда она вошла в гостиную, Мила, глядя одним глазом в телевизор, наливала себе в тарелку горячую уху, распространяющую по всей комнате чарующий запах. Ларка, вооружившись ножом, с садистским выражением лица пилила хлебную буханку, рассыпая по столу прорву крошек. Взглянув на вошедшую Шталь, она бросила нож, выудила из кармашка блокнотик и принялась что-то в нем царапать, высунув от усердия кончик языка. Мила подтянула к себе истерзанный ломоть хлеба, взяла тарелку, и мать, не отворачиваясь от телевизора, осведомилась:

— Куда?

— Поем в комнате, - буркнула Мила.

— А мы уже недостаточно хороши, чтобы с нами есть?! Сядь за стол!

— Не хочу!

Пока они препирались, Ларка выдернула листок из блокнота и тайком сунула Эше. Та скосила глаза на бумажку, с трудом разбирая шатающиеся выписанные буквы. Судя по почерку, в будущем Ларка наверняка станет врачом.

"Она скоро удет с зантом. Хочешь ево смареть?"

Эша, помедлив, кивнула, еще сама не зная, зачем, собственно, ей "смареть" Милкин зонтик - разве что из любопытства - что ж в нем такого красного или зонтичного, что он так нравится Миле и так не нравится ее сестре.

Ларка тем временем, заручившись согласием, принялась стремительно производить со своей тарелкой некие загадочные манипуляции, сваливая в нее понемногу всего, что имелось на столе. Обильно полила все это кетчупом, налила полную чашку компота, подхватила тарелку и чашку и метнулась с ними вокруг стола. Шталь за это время только и успела, что сесть и взять ложку, а про остальное забыла - так и сидела с ложкой в руке, с интересом наблюдая за специалистом. Мила, держа свою тарелку, отвернулась, считая разговор с матерью законченным, и тут Ларка на полном ходу врезалась в нее с громким возгласом:

— Ой, мам, а это что такое?!

Горячее содержимое тарелки Милы выплеснулось ей на грудь, на живот угодило скользкая, жирная и липкая мешанина из Ларкиной тарелки, поверх всего этого распределился компот, и Шталь невольно сморщилась.

— Ты корова! - взвизгнула Мила, швырнула тарелку на стол и попыталась влепить сестре подзатыльник, но та уже отскочила достаточно далеко, крича, что она нечаянно. В комнате поднялся гвалт, и мать рявкнула из своего кресла:

— Не мешайте мне смотреть телевизор! Ларка, живо все убери! Под ноги смотреть разучилась?! Добро переводить... денег и так нет!

— Я тебе устрою! - зловеще пообещала Мила и вылетела из гостиной. Ларка почти сразу же устремилась следом, и Эша встала.

— Ой, я кое-что забыла... Извините.

Ответом было гробовое молчание. Эша быстро вышла в коридор, и Ларка тут же выглянула из-за угла.

— Сюда!

— Ты что вытворяешь?! - прошипела Шталь, давясь смешками и прислушиваясь к шуму воды и ругани из-за двери ванной. Веснушчатая мордашка Ларки довольно сморщилась, и она шмыгнула в комнату. Эша вошла за ней и остановилась, недоуменно оглядываясь.

— Слушай, ну чего тебе этот зонтик дался-то?

— А чего она мне его не дает?! - Ларка уже азартно рылась в шкафу. - Чего она с ним сидит все время? У нее и раньше были зонтики, но с ними-то она не сидела! Ищи - он где-то тут.

Хмыкнув, Эша развернулась. Искать нужно было, конечно, не зонтик, а кое-что другое, но как объяснить это Ларке? Объяснять это нужно самой Миле, да еще и врезать как следует, потому что...