Книга Последствия больших разговоров, страница 69 – Мария Барышева

— Уж Олег Георгиевич должен знать, где хранилище, - усомнилась Шталь.

— Нет. Только само хранилище об этом знает, - загадочно ответил Валера.

* * *

— Олег, - Михаил подался вперед, аккуратно сложив сжатые кулаки на столешницу, - ты же понимаешь, что это не прекратится. Раз это он, то края этому не будет, пока он не получит то, что хочет. А без тебя ему будет несложно разобраться с остальными.

— Я тебе уже говорил, что ты слишком переоцениваешь мою значимость и недооцениваешь значимость всех остальных, - со смешком ответил Ейщаров. - Миша, таким делом заниматься бы человеку с соответствующими знаниями, опытному, умеющему все просчитывать на десять шагов вперед. А я не такой. Я допустил уже столько...

— Это лучше, чем не делать ничего! - с неожиданной яростью перебил его Михаил. - Кем бы я сейчас был, если б ты ничего не делал?! А остальные?! Чем бы они стали?! Что бы успели натворить их вещи?! А прочие люди, которые бы с этими вещами повстречались? Нет, Олег, я тебе скажу, что я вижу - я вижу, что живых больше, чем мертвых. Послушай, мы могли прийти куда угодно. Это мог быть любой город. У нас нет времени строить собственный город. Мы взяли этот. Мы тоже имеем право жить. По крайней мере, мы ведем здесь честную игру, не так ли? Ведь все согласились, несмотря на риск. Они верят в это. Верят до такой степени, что привозят сюда свои семьи. Я...

За закрытой дверью кабинета стремительно прокатилась волна бодрых музыкальных звуков и стихла. Михаил раздраженно дернул головой в сторону и, упустив нить мысли, воткнул сигарету в пепельницу и тут же закурил новую.

— Может не стоило так резко сворачивать все работы за городом? Конечно, ситуация изменилась, но эту четверку, все же, стоило бы еще поискать. Трое зараженных - это очень мало. Черт, раньше это было наоборот хорошо, а теперь...

— Сколько можно... - начал было Ейщаров, но тут за дверью снова громко проплеснулась музыка, и теперь уже Олег Георгиевич посмотрел на эту дверь.

— Что это такое?

— По-моему, "Дэф Леппард", - сказал Михаил. - Просто, я думаю, чем быстрее здесь появятся...

В отдалении кто-то захохотал, что-то грохнуло, вновь пронеслась музыкальная волна, и Ейщаров встал. Следом за ним поднялся и Михаил.

— Что - у кого-то день рождения? А почему так рано, и я не в курсе?

Не ответив, Олег Георгиевич открыл дверь и вышел в приемную. Нина Владимировна сидела за своим столом, с чрезмерно усиленным вниманием вглядываясь в монитор. Место Танечки пустовало, причем выглядело так, словно хозяйка покинула его только что и в большой спешке. Ейщаров взглянул на секретаршу, которая с непроницаемым видом пожала плечами, и протянул:

— Таак. Империя наносит ответный удар.

— Не понял, - честно признался водитель. Хмыкнув, Олег Георгиевич отворил дверь, они вышли в коридор и остановились, созерцая представшую картину уборки. Уборка была очень масштабной. Мыли стены, пол, чистили диванчики, протирали окна, зеркало, лампы, поливали цветы - и все это делали абсолютно разные сотрудники мужского пола, причем делали явно без всякого принуждения. В центре уборки сама уборщица приплясывала вокруг швабры, стремительно перемещаясь в разные стороны и оживленно переговариваясь со всеми участниками уборки.

— Очень напоминает то, как Том Сойер белил забор тетушки Полли, - пробормотал Олег Георгиевич. В этот момент Шталь нагнулась, пытаясь что-то отскрести с пола, и вышедшие из приемной синхронно склонили головы набок, оценивая открывшийся вид.