Онлайн книга «Искусство рисовать с натуры»
|
— Вы врете! — Ну ладно, ладно, не нужно громких слов! Неужели вам самой не интересно? Расскажите, что вы чувствовали, когда смотрели на них? — Отпустите меня! — она рванулась. — Ладно, ладно, — Игорь Иннокентьевич разжал пальцы и засунул руки в карманы. — Так лучше? — Я не собираюсь ничего рассказывать! Я ухожу! — Ну хорошо, ради бога. Я вовсе не собираюсь удерживать вас силой, мне это не нужно, — Лактионов подчеркнул последние слова, словно давая понять, что сделает это другим способом. — Только одна просьба. Ну-ка, помогите мне. Он подошел к одной из картин (потом Наташа так и не смогла вспомнить, к какой, потому что старалась на нее не смотреть), слегка приподнял ее и сказал: — Ну, помогите же! Помедлив, Наташа тоже подошла, и вместе они сняли картину со стены. Лактионов осторожно повернул ее и, придерживая одной рукой, показал пальцем, куда следует смотреть. Наташа наклонилась и увидела выведенные киноварью длинные неровные буквы. къто и сынъ сЋстры къто и внукъ матєри — Ну? — недоуменно спросила она, поднимая глаза на Игоря Иннокен-тьевича. — И что это значит? — Вы можете это прочитать? Наташа пожала плечами. — Я не знаю старорусского, но, наверное: «Кто сын сестры и кто внук матери». Какая-то бессмыслица. — И вам это ничего не говорит? — Абсолютно ничего. Это ОН писал, да? — Наташа посмотрела на красные буквы с невольным уважением. — Нет, я не знаю, что бы это могло значить. Я не телепат и не экстрасенс, как вы, очевидно, решили. Ну? Все?! Тогда до свидания! — Подождите, давайте хоть вернем ее на место. Они снова повесили картину на место, и Наташа стремительно повернулась, чтобы уйти, но Лактионов удержал ее. — Куда вы так торопитесь? — Домой! — резко ответила она. — Я приехала взглянуть на картины, разве вы забыли?! Ну, я взглянула! Свой опыт вы поставили! Чего вам еще надо?! — Вас, — просто ответил Лактионов, глядя на нее в упор, и его глаза откровенно смеялись над ней, хотя лицо было серьезным. Увидев, как изменилось лицо Наташи, как приоткрылся ее рот, уже готовый выпустить на волю оскорбления в защиту своего достоинства, он отступил назад, вскинув перед собой руки в шутливой обороне. — Упаси боже, Наташенька, вы меня не так поняли, возможно, и я неправильно выразился. Мне нужно ваше общество, ваш голос, ваши мысли. Скоро я уеду, и мне бы хотелось увезти с собой как можно больше хороших воспоминаний. Причем связанных исключительно с вами. Наташа от души расхохоталась, хотя в ней бурлила злость. — Ну что вы за человек, а?! Неужели вы думаете, что после всего этого я еще на что-то соглашусь?! — А почему бы и нет? Что вам терять? Разве я предлагаю вам что-то ужасное? Нет, я всего лишь хочу внести разнообразие в вашу скучную жизнь, а в том, что она скучна, я не сомневаюсь. Почему бы вам не забыть о ней на несколько часов, не пройтись по ресторанам, не потанцевать, не повеселиться как следует, почему бы вам не позволить себе провести со мной чудеснейший вечер… — Который, несомненно, завершится в вашей постели?! Лактионов ухмыльнулся и неожиданно показался ей похожим на кота, только что изловившим давно поджидаемую мышь. — Вы это сказали. Не я. — С вами невозможно разговаривать! — Наташа устало посмотрела на свою перевязанную руку и увидела, что красное пятно на платке стало больше. — Вы отвезете меня домой или я поеду на троллейбусе? |