Книга Дарители, страница 247 – Мария Барышева

Сквозь застилавший все звенящий туман Вита почувствовала, как Схимник подошел и опустился рядом, а потом его ладонь легла ей на затылок.

— Ты все врешь! — яростно-отчаянно выкрикнула она и дернула головой, чтобы сбросить его руку, но она тут же вернулась обратно. — Врешь!

— Конечно, — успокаивающе сказал Схимник рядом с ее ухом. — Конечно я вру. Забудь.

— Да нет… — хрипло выдохнула она, жмурясь до боли в веках, а в голове по безнадежному кругу летели все странные Женькины взгляды, все недомолвки, вся старательность, с которой он уговаривал ее отказаться от работы с Наташей — он, всегда жадный до всего необычного, которое, к тому же, могло бы еще и принести неплохой заработок. Лжи здесь не было, она была в другом месте, в которое Вита даже и не думала заглядывать, и когда она осознала это окончательно, у нее больно сдавило горло, и дальше она говорила сиплым полушепотом. — Как он мог меня сдать?!.. Господи, зачем ты мне рассказал?!

Схимник тактично промолчал, не став напоминать, что это она только что так яростно требовала правды. Вита мотнула головой в последний раз, потом резко отодвинулась, выпрямившись. Теперь он не стал ее удерживать.

— С другой стороны, так и лучше, что я узнала! — ее рот зло искривился. — Так бы до конца жизни хранила, как нежный светлый образ… Что ж, я за свою наивность отлично наказана. Вокруг лис всегда только лисы — и никак иначе! Да уж, верно, что все твое зло вернется к тебе же… Может, ты и знаешь, сколько ему заплатили?!

— Все не совсем так категорично, насколько мне известно, — сказал Схимник и наклонился вперед, отчего из-за выреза майки свесилась золотая цепь, на которой поблескивал небольшой крестик и еще какой-то серебристый кусочек металла. Схимник походя, раздраженно закинул цепь под майку. — Впрочем, ему, конечно, пообещали заплатить. Тобой. Он был вынужден согласиться.

— Почему?!

— К Гунько пришел человек. Думаю, скорее всего это был Шестаков-Сканер, судя по описанию. Он предложил ему очень хорошие деньги. Уж не знаю, откуда они у него были, но Гунько потом действительно их получил. Гунько был очень жаден и очень недалек, но какое-то соображение у него имелось. Он встретился с Одинцовым и дал ему понять, что действует от имени Баскакова, который в курсе этого дела, а в доказательство предоставил ему весь расклад, который Одинцову не составило труда проверить с твоей же помощью. Гунько пришел не один. Одинцову было сделано очень серьезное предолжение — либо деньги и мирное существование, либо очень много крови — его, твоей, людей из «Пандоры». И Одинцов свой выбор сделал. Что ему было важнее — жизнь какой-то сумасшедшей или ваши жизни?

— Почему он мне ничего не сказал?! — надтреснуто произнесла Вита в пространство.

— Ему дали очень мало времени. И его очень качественно предупредили. Правда не так, как собирались вначале. Фомин испортил твой шокер, чтобы не было никаких неожиданностей. Тебя должны были избить, возможно, изнасиловать, когда ты возвращалась домой в тот вечер. Они шли за тобой от трамвайной остановки, через аллею, сразу передо мной.

— Но я никого не видела! И не слышала ничего! Да и как ты мог понять?..

— Я знаю свою работу, — сказал он без улыбки. — Правда, тогда я, конечно, не понял — просто подумал, что пара озабоченных ублюдков, и спрашивать не стал… Но тебе все равно досталось. Их не было, но был этот Кужавский.