Онлайн книга «Злобный рыцарь»
|
ширх-ширх... шлеп-шлеп Вот идет ужасный морт! Костя передернул плечами — теперь уже и от нетерпения, ибо идущий, судя по замедлившемуся шарканью, сильно сбавил в темпе. Отчего-то Денисову представилось, что теперь безвестный Кирилл перемещается по коридору на четвереньках. К шарканью и шлепкам добавился невероятно унылый звук — словно кто-то без остановки тянул носом мелодию из двух нот. Лицо стоявшей рядом Галины сделалось по-детски жалобным — казалось, матерой хранительнице отчаянно хочется запрыгнуть в кровать и с головой замотаться в одеяло. Бесчисленные кролики, тревожно подергивая ушами, жались к ее ногам. ширх-ширх — Елки, — не выдержал Костя, — нельзя ли побыстрее?! Хранители дружно зашикали на него, и в эту секунду из коридора в дверной проем выступила тщедушная фигурка, по габаритам совершенно не тянувшая на понятие "охранник". Хилый мужичок лет пятидесяти, с всклокоченными со сна волосами и туповатым выражением лица, тискающий в пальцах сигаретную пачку. Мужичок внимания совершенно не заслуживал, но вот то, что шло рядом с ним, вернее, плыло, не касаясь пола пальцами босых ног, превзошло все денисовские ожидания. Морт не был ни многоног, ни огромен, ростом он не превосходил мужичка, и был в такой же степени пугающ, как и хорош собой — настолько, насколько может быть хороша гибкая юная особа, состоящая из сплошного невесомого мрака, в котором удивительным образом не терялись тонкие изящные черты прекрасного лица. Особа обнимала Кирилла обеими руками, повиснув на нем, словно самая обыкновенная подгулявшая девчонка, ее длинные волосы рассыпались по его спине, закрыв охранника почти до колен, точно плащ, пальцы левой руки ласково поглаживали щетинистую щеку. Повернув голову, морт преданно заглядывал Кириллу в глаза, издавая тот самый унылый двухнотный звук, не размыкая губ. Позади, шагах в трех, медленно шла Лена все с тем же отрешенным видом. — О! — изумленно сказал Костя, разглядывая морта не без восхищения. — Баба! Морт плавно повернул голову, и на него уставились жуткие молочно-белые глаза, в которых почти сразу же протекла угольная чернота. Стоявшая рядом с Костей Галина панически зашипела: — Заткнись! Черная особа, распахнув рот, упреждающе рыкнула на Денисова, отчего тот невольно дернулся назад. Очарование прекрасным лицом тут же пропало — обнажившиеся зубы морта, грязно-желтые, длинные, изогнутые — напрочь разрушили всю пугающе-волшебную красоту. Тонкая рука на мгновение воспарила с плеча охранника, и изящный палец погрозил Косте — денисовский комментарий морту явно пришелся не по вкусу. — Малютке не помешал бы хороший дантист, — шепотом сказал Костя самому себе, и теперь уже все хранители отреагировали испуганным шипением: — Да заткнись же ты! Вяло вышагивавшая позади Лена вдруг ожила и метнулась было к своему флинту — видимо, в отчаянной попытке сбросить отвлекшееся порождение — но морт тут же обернулся, с немыслимой гибкостью перекрутившись в талии, и растопыренные пальцы обеих рук, из кончиков которых мгновенно проросли кривые когти, вспороли воздух перед самым лицом хранительницы, едва успевшей прянуть в сторону. Морт издал утробный хихикающий звук, после чего забрался охраннику на спину, крепко обхватив ногами его бедра, и, поворачиваясь из стороны в сторону, принялся производить руками мягкие манящие движения. Косте вспомнилась кшуха, отмахивавшаяся ладонями, и ее безнадежно мрачный рыжий хранитель. |