Книга Злобный рыцарь, страница 130 – Мария Барышева

— Господи, да ты прекрасно понимаешь, о чем я тебе толкую! О духовной связи. Научись чувствовать своего флинта! Научись передавать ему что-то хорошее, положительное. Иногда одна-единственная улыбка, появившаяся благодаря тебе, может перевесить битву с десятками мортов...

— Не слишком ли ты гиперболизируешь, Жора?

— Возможно, — наставник пожал плечами. — Начни с того, что хотя бы иногда говори ей, какая она симпатичная.

Костя озадаченно посмотрел на ворочавшийся и вздыхавший одеяльный бугор.

— Но ведь это же неправда.

— Ты что — никогда не врал женщинам об их внешности?

— Если только это нужно было для работы.

— Значит, опыт есть. Говори это почаще, говори это так, будто сам веришь. Поверь мне, будет толк...

— Ерунда какая-то! — окончательно разозлился Денисов. — Ты должен мне все объяснять, а вместо этого с каждым днем все больше запутываешь. Я могу перевестись к другому наставнику?

— Нет, не можешь.

— Очень жаль.

— Ты одну вещь пойми, — Георгий подхватил с пола свое чудное весло, — пока твой "поводок" не начнет удлиняться, я мало чему смогу тебя научить. Тренируйся — и помни о том, что я сказал.

— Что ж не так с твоим веслом... — рассеянно пробормотал Костя.

— По-моему, с моим веслом все в полном порядке! — буркнул наставник, забрасывая свое оружие на плечо. Костя встрепенулся.

— Я сказал это вслух?

— Олух! — попрощался Георгий и выкатился в дверь. Костя озадаченно пожал плечами. С веслом и вправду было что-то не так. Ну кому, скажите на милость, придет в голову затачивать рукоятку обычного старого весла. Зачем?

Из спальни донеслись охи, зевки и унылое бормотание пробудившегося флинта, и Костя, мысленно сплюнув, направился к окну посмотреть погоду. Еще было довольно темно, но тонкий слой снежка, припорошившего двор и придавшего ему неправдоподобную чистоту, был виден достаточно хорошо. Мимо окна протопал какой-то флинт в дубленке, на плече которого с сонным видом покачивался хранитель в купальных шортах. Уж что-что, а определять погоду за окном по хранителям — дело совершенно безнадежное. Костя забарабанил по стеклу, потом крикнул обернувшемуся сонному лицу.

— Э, мужик, как там — холодно?

— А фиг знает! — отозвался хранитель. — Час назад минус один было. Мой, вроде, не мерзнет.

— Ясно, спасибо.

— Ага, — сказал коллега и уехал. Костя обернулся, с тоской глянул на восстающего из одеяльных сугробов смятого после сна флинта, после чего прикрыл очи ладонью и сообщил:

— Ты очень симпатичная.

Такому тону не поверила бы ни одна женщина, даже находясь без сознания, и естественно это высказывание не произвело никаких перемен в улучшении его духовной связи с флинтом. Аня лишь зевнула, пробормотала свою ежеутреннюю молитву насчет еще одного кошмарного дня и поплелась в ванную. Костя задумчиво пошел следом и, прислонившись к коридорной стене неподалеку от закрывшейся двери, принялся репетировать.

— Ты симпатичная... нет, не так... хмм... Детка, ты супер!.. тьфу!.. А ты ничего!.. ничего... ничего хорошего!.. Так, ладно, нужно начать с того, что у нее действительно есть привлекательного... И что же это? Ах, ну да, это же очевидно! Не унывай, Аня, ведь у тебя такие шикарные... нет, ну за это можно было бы и по морде получить!..

К тому времени, как флинт покинул ванную, у него так и не получилось ничего путного. Все же, Костя решил последовать совету Георгия и посвятить большую часть дня вливанию комплиментов в лемешевские уши. Пусть тон фальшивый, пусть он совершенно не согласен с тем, что говорит, но вдруг подействует? Не качеством, так количеством. Господи, неужели нет другого способа?!