Книга Злобный рыцарь, страница 145 – Мария Барышева

Гриша на середине очередного разворота возле витрины споткнулся о кролика и растянулся на полу, и Костя, не выдержав, задал наконец вопрос, мучивший его все это время:

— Да почему здесь столько кроликов?!

Галина, немедленно оторвавшись от разговора, сообщила, что это, мать ее так и с перевертом, есть очень печальная история. Сегодня она была облачена в элегантное красное платье, длиной почти до пола и с внушительным декольте, сидевшее на ее костлявой фигуре довольно нелепо.

— Я не люблю печальные истории, — разочарованно отмахнулся Костя.

— Тогда слушай, — Галина вовсе бросила собеседников и перебралась поближе к нему. — Танюхе моей как-то дало в голову кролей завести — мяско нежное кушать — кроль-то свежеванный видал сколько стоит! Они ж с Маратом — вот он еще то е...нько — в частняке живут, двор большой — ну и завели. Кроли размножились, приплод подрос, уж и бить можно, и тут Танюха понимает, что не может бить-то их. Сколько с ними носилась, привыкла, как к котятам. И щас носится. Марату-то что, ее он не спрашивает, то и дело кроля-то и забьет на ужин. А у Танюхи каждый раз истерика, только что она сделает. Кроли так и плодятся, она с ними возится, а Марат их хавает. Так-то и вышло, что кроли ей вроде как в разряд домашних питомцев перешли, везде с нами пилят, и то и дело пополнение. Вообще, конечно, удобно, да и ласковые, только больно под ногами путаются.

— М-да, — произнес Денисов, поглядев в угол, где из-за холодильника на него с подозрением взирало не меньше десятка ласковых кроликов, — очень познавательно. Бедолаги, уж вы-то тут как без этого дела?

— Лишь бы все опошлить! — тут же обиделась хранительница тощей блондинки и взгромоздилась на витрину, закрыв сосисочные пирамидки хвостом красного платья. — Ведь на самом деле это все е...ся как грустно. Хотя лучше уж пусть укурок Танюхин кролей забивает, чем ее. Хранитель-то его нормальный дядька, только против Марата сделать ничего не может. Третий год уж с ним, а все на мальковом поводке бегает.

Эта информация немедленно ухудшила Костино настроение. Он проводил взглядом состоявшегося покупателя, бережно уносившего в объятиях две бутылки "Коктебеля", и его хранителя, помахавшего на прощанье тростью, и заметил, что Аня, бросив журнал, идет к кассе — туда, где скучала Таня и неподалеку по-прежнему торчали Костин супротивник со своим флинтом.

— Куда пошла?! — всполошился Денисов. — Туда не ходи! Эй!

Аня подошла к подружке, подергала ворот своего свитера, после чего нагнулась и принялась что-то искать под кассовой столешницей, отчего взгляды и Эдика, и Руслана немедленно приобрели вполне предсказуемое направление. Если бы Костя мог дать своему флинту подзатыльник, то сделал бы это сию же секунду. Но орать на нее он не стал — во-первых, все на него смотрели и было как-то неудобно, во-вторых, Руслан не должен знать всю степень его возможностей влияния и невлияния на флинта, в третьих, он же не истеричка какая-то, в конце концов!

Аня продолжала шарить в нише, бормоча что-то про тетрадку. Мимо прошел Влад, пристально разглядывая ценники и остановился у дальнего холодильника, туда же прибежала Вика, повисла на нем, напоминая о своем существовании, после чего оттянула вырез свитера у него на спине и принялась производить какие-то манипуляции. Гриша немедленно сморщился и ретировался к выходу из-за прилавка.