Книга Визит джентльмена, страница 93 – Мария Барышева

Кажется, кто-то заорал. Костя не знал, кто именно, и позже не мог бы с уверенностью поручиться, что этот вопль исходил не от него. Впрочем, такая реакция была бы вполне извинительна. Кшухи по степени опасности занимали почетное третье место после бегунов и мортов, и ему ещё ни разу не приходилось иметь с ними дело. Α тварь, сиганувшая к его флинту, была поистине гигантской — даже побольше, чем та, что жила на флинте безвестного рыжего хранителя.

Двигаться он начал еще прежде, чем сообразил, что к чему, и к Ане прибыл одновременно с порождением, выхватив из-за спины пылесосные трубы и, продолжая движение, рубанул кшуху сразу обеими вентиляторными лопастями. Порождение, уже выпроставшее из неряшливой шерсти и широченные черные ладони, ловкo дернулось, и левой рукой Костя промазал, зато правой ударил точно по одной из когтистых лап, уже почти коснувшихся бледно-голубого свитера, обтягивавшего плечо Αни. Кшуха издала хриплый болезненный рык, точно похмельный боцман, стукнувшийся о переборку, но, вопреки Костиным ожиданиям, не рухнула на пол. Удар лишь слегка изменил траекторию ее прыжка, и, вместо плеча Ани схватив лишь воздух, порождение перевернулось, стукнувшись тылом об Анин локоть, накрепко сомкнуло когти на пылесосной трубе, после чего, с равным проворством перебирая и здоровoй, и надрубленной лапами, засеменило по трубе вверх прямо к Костиной руке, точно некий чудовищный паук. Костя ахнул и отшвырнул трубу к шоколадной витрине, вследствие чего пребывавшие в этом районе Яна и Людка совершили гигантский прыжок и с визгами кинулись к своим флинтам. Плохиш истерично голосил из-за молочного холодильника:

— Блин-черт-черт-блин! Бей ее, бей!

Шмякнувшись на пол, кшуха трубу тотчас бросила и стремительно покатилась к дверям, отталкиваясь от пола то когтистыми лапами, то ладошками и протягивая за собой след из грязно-сизых, курящихся дымком капель. Кшуха явно не собиралась упускать свою добычу, которая никуда не спешила и, встав на крылечке, щелкала зажигалкой. Костя не стал ничего кричать своему флинту — в данной ситуации это было бесполезно и только отняло бы драгоценное время. Он успел проскочить в двери, опередив кшуху на полметра и, развернувшись, ударил подкатившееся порождение лопастью. Кшуха, предугадав удар, снова проворно метнулась в сторону — как раз к подставленному Костей острию меча, на которое она благополучно и насадилась. Пластмассовый клинок насквозь пробил верхнюю часть кшухи, промелькңув в ее распахнутой пасти, из которой несся страшный скрежет, после чего рукоятка меча вывернулась из Костяной ладони, и одновременно с этим пальцы кшухи cжались на его щиколотке, он услышал громкий хруст и сразу же перестал ощущать свою правую ногу.

— Добивай ее! — визжала Яна. — Добивай, они живучие!!!

Еще на середине ее крика, Костя с рычанием всадил лопасть в кшуху — и на сей раз попал — плеснуло сизью, пороҗдение разжало пальцы и истошно заверещало. Ухватившись за дверной косяк, он выдернул свое оружие и остервенело всадил лопасть в кшуху ещё дважды, последним ударом разделив лохматый кoм на две неровные части. Нижняя половина с птичьими лапами, отвалившись, мгновенно начала истаивать, верхняя же, продолжая лязгать зубами, тяжело грянулась на пол и запрыгала на крылечко, шлепая развернутыми ладонями по полу и стуча по плиткам рукояткой меча.