Книга Кто Там, на моем плече?, страница 21 – Мария Барышева

Он узнал их сразу же, хотя они еще были далеко, и были плохо видны из-за расстояния и неистовой снежной пляски. Не узнать их было невозможно. Яркий, как огонь, "мазератти", несущийся легко и изящно, как гепард. И жемчужная громада его собственной "ауди", тяжелый разъяренный лев, которому никак не догнать гепарда.

— Черт возьми! - потрясенно прошептал Денисов, бессознательно делая шаг вперед.

— А хорошо идут! - оценивающе сказали рядом. Костя повернулся и бросил свирепый взгляд на Георгия, стоявшего рядом все в том же зеленом полотенце, скрестив руки на голой груди.

— Что все это значит?! Это...

— Заткнись и смотри! - отрезал Георгий. - Повторного сеанса не будет. Ты, я так понимаю, вторым идешь? А ничего тачка!

— Спасибо, - машинально ответил Костя и отшатнулся, когда какая-то женщина, проворно перебежав дорогу, проскочила прямо между ним и Георгием. Ее тоже нисколько не озадачили двое голых мужчин, глазеющих на трассу глубоким зимним вечером.

— Не отвлекайся, - посоветовал наставник, - никто тебя не видит.

— Это почему же?!

— Во-первых, потому, что это отпечаток прошлого, болван! А во-вторых...

— Что?!

— Сейчас узнаешь, - пообещал Георгий, и Косте немедленно расхотелось узнавать что-либо. Он попытался отвернуться, но не мог оторвать взгляда от приближающихся машин. Ключи в руке обратились пудовыми гирями, он пошатнулся, а хищники были все ближе и ближе, и вот уже он видит лицо за лобовым стеклом среди мельтешения дворников. Лицо, искаженное злобным азартом. Его собственное лицо.

— Еще хорошо, что... - начал Георгий, и тут раздался громкий хлопок лопнувшей шины, и "ауди" порхнула в воздух, словно гигантская бабочка. Костя, приоткрыв рот, смотрел, как его машина, кувыркнувшись, с лязгом отшвырнула прочь испуганно бибикнувший "Фиат" и кувыркнулась еще раз. Ему казалось, что тяжелый внедорожник летит невероятно медленно и так же невероятно красиво, будто на этом участке трассы внезапно исчезла гравитация. "Ауди" парила в воздухе, словно пытаясь станцевать вальс сама с собой, этому не было конца, и только потом, когда от бетонного столба машину отделяли считанные сантиметры, Денисов, не выдержав, отвернулся и болезненно сморщился, услышав страшный звук удара, свидетельствовавший о том, что охота железного льва закончилась навсегда. Рядом длинно присвистнул Георгий. Неподалеку кто-то вскрикнул, раздался громкий визг тормозов.

— Эй, - Денисова не без доли деликатности потрясли за плечо. - Ты как?

Костя непонимающе посмотрел на него, потом повернулся и взглянул на противоположную сторону дороги - туда, где к покосившемуся бетонному столбу прильнуло нечто слабо дымящееся, совсем недавно бывшее великолепной машиной. "Ауди" врезалась в столб с такой силой, что словно бы обвилась вокруг него, и теперь тот казался неотъемлемой частью композиции, полностью заменив собой то место, где прежде располагался водитель. Уцелевшая правая фара жалобно мигала, точно машина пыталась позвать на помощь.

— Господи ты боже! - прошептал Костя.

— Да нет, ты сам справился, - заметил Георгий, подхватывая сползающее полотенце.

— Моя машина! Вот ублюдки!!! - Костя ткнул рукой вначале в сторону опустевшей дороги, потом - на безнадежно изуродованную "Ауди". - Ты посмотри, что они сделали! И даже не остановились! Да что ж за день-то такой - вначале эта глупая корова, а теперь... Моя новая машина!