Книга Кто Там, на моем плече?, страница 37 – Мария Барышева

— Похоже, ты не очень рада! Знаешь, я тоже не рад. Может, попросишь, чтобы меня заменили? Я тебе не подхожу. Тебе нужен какой-нибудь рабоче-крестьянский дядька.

— Стоит забыть взять сигареты на работе, как в моем районе они тут же заканчиваются, - поведала персона, извлекая из сумочки две пачки сигарет. - Нашла только через остановку. Везет, как всегда!

— Вести разговоры с самим собой - очень плохой признак, - заметил Костя. - Ты, часом, не того? - он осторожно потрогал пальцем обойные лохмы на стене, и палец прошел сквозь них, не задерживаясь. - Даа, квартирка-то запущенная. Сразу видно, мужика тут никогда не было. И бардак какой, а? Ты здесь хоть иногда убираешься?

— Уже девять часов! - она выключила свет и направилась в гостиную.

— Ну и что, хоть пыль могла бы смахнуть, - Костя двинулся следом. - М-да, увлекательно, должно быть, жилось твоему предыдущему хранителю! Мне сказали, он погиб? Наверное, умер от скуки.

— Скоро и спать ложиться. А потом на работу. Одно и то же, одно и то же, - персона опустилась в кресло и щелкнула зажигалкой, пододвинув к себе пепельницу с сигаретами. - Один длинный день, который никак не закончится!

— Боже, неужели мне предстоит теперь постоянно все это слушать?! - ужаснулся Денисов, аккуратно присаживаясь на соседнее кресло. - Ты б хоть переоделась вначале! Душ приняла! А зачем ты складываешь в пепельницу целые сигареты?

— Черт, как болит спина! - она наклонилась, извлекла из-под столика на треть пустую бутылку красного десертного и долила бокал до самых краев, после чего отпила из него приличный глоток.

— О, прекрасно, ты еще и алкоголичка! - кисло констатировал Костя, и тут внимательней присмотрелся к ее руке с дымящейся в ней сигаретой. Пальцы, кстати, были довольно изящными, тонкими, хотя короткие ногти с облезлым лаком и отчетливые мозоли все портили. Но не пальцы заинтересовали его, а сама сигарета, и вначале Костя не понял почему. И только спустя несколько секунд сообразил, что не так.

Сигарета не сгорала.

Она исправно исходила дымом, и огненное колечко уверенно ползло вверх, к фильтру, каждый раз, когда Лемешева затягивалась. Но за пределами этого колечка сигарета почему-то не обращалась в пепел, только становилась как-то бледнее, и ее очертания теряли резкость, словно он смотрел на нее сквозь запотевшее стекло. Раз за разом рука встряхивала сигарету над пепельницей, но туда так и не упало ни чешуйки пепла.

— Забавно! - изумленно сказал Костя и наклонился, вглядываясь в сигареты, которыми была наполнена пепельница. Та же размытость очертаний, не замеченная прежде. И никакого пепла.

Наш мир вещей состоит из того, что обращается в пепел.

Он протянул руку и попытался взять одну из сигарет, но, как и прежде, его пальцы схватили пустоту. Видимо, ему удастся это сделать только после пресловутого присоединения. А толку-то - курить он все равно не сможет.

А хочется?

Ну, наверное, да. Только...

Черт возьми, как это было? Разумеется, он помнил, как курил. Но каково это было? Вкус... запах...

А что это вообще такое?

Костя, привстав, попробовал поймать губами облачко дыма, но оно беспрепятственно проскользнуло сквозь его щеку. Ничего, никаких ощущений. Ругнувшись, он ударил кулаком по подлокотнику, кулак немедленно провалился, и Костя, потеряв равновесие, чуть не рухнул на журнальный столик. Снова выругался, приковавшись взглядом к такой желанной сизой струйке дыма.