Книга Самородок для алмазного короля Академии Сфер, страница 93 – Алекс Найт

— Эмма… — выдохнул я в тревоге и сорвался с места.

Не глядя перепрыгивал через разбросанный на полу мусор, отмахивался от требований сопровождения и бежал вперёд, пока не достиг распахнутых дверей обширного зала. Изнутри пахло озоном, веяло дымом. Я замер у прохода, оценивая обстановку. Магические знаки с незнакомыми письменами местами покрылись копотью и разрушились. И лишь один испускал свет. Именно на нём лежала связанная Эмма. Я рванул к ней и чуть не налетел на созданный вокруг неё стихийный круг. Видимо, он и защитил её от взрыва. Я толкнул ногой чашу с элементом воды, разрушая круг, и пробежал к девушке. Не глядя обратил в прах путы и перевернул её. Кожа её была бледна, губы приоткрыты, но, склонившись к ним, я ощутил её дыхание. Жива…

— Позвольте я осмотрю девушку, — возле меня на пол присел лекарь отряда.

Вопреки логике захотелось прижать Эмму к груди, схватить, унести, спрятать и больше никому не отдавать. Но я заставил себя положить девушку обратно на пол и подпустить к ней специалиста.

А остальные члены отряда рассредоточились по залу, выискивая опасности.

— Принц Скай, ректор Люмирекс жив! — прокричал мне один из алмазных.

Я поднялся и прошёл к дальней стене. Опаловый глава академии лежал сломанной куклой. Одежда на нём обуглилась, кожа местами будто оплавилась до самых мышц и костей, в чертах обезображенного лица с трудом угадывался он прежний.

— Оказать ему помощь, — неприязненно приказал я. — Пусть не рассчитывает на лёгкую смерть.

К счастью, хоть Эмма была цела. Она получила лишь пару десятков синяков и магическое истощение. Мы подняли её к городу и доставили в палаточный лагерь, а утром выехали обратно в Элизиум. Всё это время она не приходила в себя. Я не отходил от неё и ехал с ней в одной карете, потому застал момент её пробуждения.

— Скай, — слабо произнесла она, часто моргая. — Это ты, — и счастливо улыбнулась.

— Да, я, — подтвердил, глянув на лекаря.

Но он — доверенное лицо дома, не будет болтать, даже если предположит любовную связь между мной и Эммой.

— Ты как? Помнишь хоть что-то? — мягким тоном обратился я к девушке.

— Помню, как волновалась за тебя, — прошелестела она, касаясь лба. — Ректор хотел провести древний ритуал. И потом… потом… меня вжало в пол. Дальше не помню… — нахмурилась она.

— Скорее всего, дальше вы потеряли сознание из-за истощения, — предположил лекарь. — Но вашей жизни больше ничего не угрожает. Как вы себя чувствуете?

— Чувствую себя спокойно, — ответила она, прикрывая глаза.

Нас должны были отвезти в Адамантию, но снова вмешался Валериус Ригор: потребовал нашего присутствия при разбирательствах. Потому вместо комфортного восстановления нас ждали долгие допросы, общение с адвокатами, обследование в центральном госпитале и новые допросы на следующий день. Я внутренне бесился, но старался относиться ко всему, как к необходимости. Эмма вообще будто пребывала в своём мире, отвечала невпопад, не реагировала практически ни на что и умудрилась вывести из себя даже Ригора. Впрочем, отрешённой она была даже со мной и ожила, только когда мы добрались до академии.

Здесь на нас оглядывались, знакомые пытались меня расспросить, но я отмахивался, стремился скорее добраться до комнаты и доставить в более привычную обстановку Эмму.