Книга Кара Императоров, страница 69 – Tommy Glub, Tory Moore

Юбка платья струится от талии до самого пола, образуя мягкие складки, которые колышутся при каждом движении. Подол обработан так, чтобы ткань казалась почти невесомой, но при этом формировала красивый шлейф, касающийся земли. В самом низу юбки — тонкие узоры, напоминающие спирали звёздных галактик, светящийся едва заметным мерцанием.

Я решила оставить волосы распущенными — так они казались более живыми и блестящими, красиво ниспадая тонкими волнами по плечам и спине, подчёркивали и мое происхождение, и статус. Они мягкими волнами спадали на плечи и спину, отражая свет, словно горели на солнце. Сверху девочки мне собрали несколько прядей в аккуратное плетение, добавив бриллиантов по всей длине волос.

Я вплела тонкие золотые нити, чтобы они добавляли лёгкий блеск и подчёркивали важность момента. В некоторых прядях поблёскивали миниатюрные драгоценности.

Итен зашёл первый в апартаменты, когда я уже была готова. Он замер, заставив Ардара врезаться в себя и после извиняться почти с полными поклонами. Аркул обходит дарла по касательной и тоже замирает.

Я же смущаюсь. Несмотря на решимость и уверенность в том, что у нас всё получится, я все равно смущаюсь от такого пристального внимания мужей.

Я вижу в темных глазах обоих, как им хочется сейчас подойти и сжать меня, сказать так много всего, что творится в их головах сейчас. В мыслях всплывают ещё горячие воспоминания ночи. Мы много говорили. Много решений принято. Сегодняшний совет решит судьбу всей империи и мне, признаться честно, очень лестно тут находиться.

Очень приятно быть частью такого большого государства и быть рядом с достойными мужчинами.

Так что я особо и не скрываю своих чувств. Тепло смотрю на них, прижимая ладонь к животику. Он виден в этом платье очень отчётливо. И я замечаю желание в глазах Аркула подойти и тоже погладить меня.

Но нужно немного подождать.

Мы идем к залу в окружении охраны. Дарлы держат спины, ведут нас вниз. С ними и самими императорами мне так безопасно, что я позволяю себе коснуться обоих мужей ментально. Теперь я так умею. Легонько пройтись по их пальцам, словно дав понять, что больше нас ничто не сможет разлучить.

— Что бы ни случилось, — негромко произносит Аркул дарлам. — Сегодня за Кару отвечает вся Армия. Если хоть волосок с её головы упадёт, я лично приму самые жестокие меры. Это… Ясно? — Аркул даже не смотрит ни на кого. Но я ощущаю как напрягаются вокруг дарлы. Улыбнувшись, я смотрю вперёд, где нам уже открыли двери.

Величие огромного зала, в который мы вошли, захватило дух с первого же шага. Просторный зал распахнулся передо мной, и я невольно остановилась, чтобы окинуть его взглядом. Невероятно высокие потолки были выполненны из стекла, через которое пробивались лучи солнца. Люстры, увенчанные витиеватыми узорами и драгоценными камнями, которые мерцали в солнечном свете. Массивные колонны из полированного тёмного камня, покрытые сложными гравировками и вкраплениями светящихся кристаллов, возвышались по бокам, как незыблемые стражи, поддерживая своды зала. От каждого моего шага доносилось лёгкое эхо, растворяющееся в тишине. Мы теперь шли втроём. По самой середине огромного зала, перед сидящими по бокам главам кланов.

Пространство было величественным и в то же время почти подавляющим. Всё здесь, казалось, дышало историей и могуществом. Десять больших кресел, каждое украшенное уникальными знаками и эмблемами, стояли у стен, друг напротив друга. Несколько из этих кресел пустовали, но большая часть все же была занята главами. Эти троны — настоящие произведения искусства: один был обрамлён серебряными, похожими на виноградные, лозами, другой украшен драгоценными камнями. Каждый трон, по-своему уникальный, отражал характеры и наследия кланов, которые управляли здесь столетиями, передавая власть и могущество от одного поколения к другому. Сегодня все кланы были здесь и смотрели на нас, на меня, провожая до самого конца зала странными оценивающими взглядами. Понимаю, мне ещё долго завоёвывать их доверие. Но, отчасти, и их отношение ко мне заставило моего мужа принять тяжелые решения, от которых может пострадать всё государство.