Онлайн книга «Невеста Полоза»
|
Похлебка была разлита по небольшим бульонницам, но количество рыбы, приправ и овощей в ней говорило о том, что ты не будешь недовольно хмыкать, гадая на что же потратил деньги, да и всегда можно было попросить добавки, если не боялся лопнуть: оторваться от супа было почти невозможно. Не понятно — то ли он такой голодный после танцев, то ли суп и вправду слухи о себе более чем оправдывают: за ним и правда не грех и из — за гор приехать. — Разве в славянских селеньях гуляния не похожи? — Злат с большим трудом справился от соблазна облизать ложку: все — таки манеры, будь они неладны, больше ста лет прививались. Он и так не стал высокомерным циником, хотя, видит бог Золотой Прародитель, иногда очень хотелось. Со Светом они бы еще водки заказали или наливки какой — нибудь, но пока не знаешь как действует на женушку алкоголь, лучше довольствоваться водой с сиропом и компотом. — Я бывал на ваших праздниках: хороводы водите, через костер прыгаете, венки плетете. Все довольно весело, если никто не напьется, но такое и у нас часто бывает, что пьют те, которым это делать нельзя и рушат потом все веселье. — как ни странно, но не было давненько нарушений со стороны перебравших магов — селян. То ли те прекрасно знали, что упившись до состояния риз могут быть опасны своим соседям, то ли о них попросту не заявляли, разберись тут. А, может быть, процент магически одаренных в бедных слоях населения не высок. Как — то такими вопросами раньше Злат не задавался. Пирог был хорош: золотистый, с поджаренной корочкой. «Поросенок» таращился на них глазами — виноградинами, щеголяя воистину великолепным хвостом крючком из теста. Поскольку таверна была для людей различных сословий, разливанием компота и нарезкой пирога тебя работающие девушки тут не радовали, да и так едва успевали все разносить на ярмарочной неделе. Первый кусочек пирога, ясное дело, царевич отрезал Есенье, мудро решив, что брать лучше из серединки. «Поросенок» слегка укоротился, тогда как желудок уже не пел волчьи песни, целиком и полностью ободряя действия хозяина. Компот был прекрасен, вмеру сладок и источал из себя тонкий аромат спелых, поспевших на солнышке персиков. Впору повара отсюда во дворец переманивать, вот только повар — жена трактирщика, а та вряд ли решит закрыть столь модное и успешное заведение, да и само по себе место жалко: уж очень душевное. Булочка с корицей уже жевалась в разы более медленно, а какао с вишневым пирогом Злат вообще попросил отложить минут на пятнадцать: нужно было переварить хоть немного съеденное великолепие. Будешь так каждый обедать, и дырок на ремне не хватит, придется себе брать обруч от бочки, чтобы штаны поддерживать. — Уф. Как тебе? — поинтересовался змей, прикидывая чем бы им еще заняться после сытного обеда до фейерверка. Ламия гневных ментальных сообщений не шлет, а значит справляется и все в порядке. Царевич был все же более уверен в себе, нежели Есенья, потому тонкие пальчики снова оказались в его надежной хватке. Вот странное дело, всю жизнь свою Есенья работала не покладая рук. Кожа на ладонях у нее хоть и не была вся в мозолях, но уж погрубее, чем у дамочек — аристократок, а на пальцах и вовсе выдавала в ней деву работящую. Стоит отдать должное и всяческим мазям и ванночкам, коими ее ручки почти ежедневно отмачивали, от чего исчезли заусеницы, мелкие царапинки затянулись, да и кожа стала куда более гладкой. Но в чем была странность, так что у царевича, с его — то возможностями, мозоли ощущались явственно. От меча, поди… Но и пальцы его были мягкие, теплые, чуточку шерховатые… Очень уж они волновали Есенью… |