Книга Ученица Хозяина Топи, страница 117 – Александра Каплунова

Лесьяр к ней с вопросительным взглядом обернулся.

— Что так смотришь? — продолжала фырчать беззлобно, — коли я б знала, что тут такое веселье творится, тоже бы раз за разом наведывалась.

— Думаешь, я каждый раз в пляс тут пускаюсь? — хохотнул магик, ступу призывая, ту у конной перевязи оставили, да перед Вешей дверцу ее распахивая.

— А то нет?

— Без тебя это не имело смысла, — прошептал едва слышно, касаясь дыханием ее волос.

Не успела Вешка и чего ответить, как взмыли стремительно в воздух. И кто уж знал, от чего сердечко девичье зашлось — от слов тех, али от страха стремительного полета? Томно так забилось, разлетаясь цветными крылышками в животе.

* * *

— Держи их, держи! — подбадривал Лесьяр. Они снова были на крыше башни, и Весенья уже в который раз пыталась нити связать.

С их вылазки в город уж вторая неделя прошла, теперь Лесьяр ее обучением прямо вплотную занялся. Веська едва ли с ног под вечер от усталости не валилась. На следующий же день, как вернулись — книг выдал целую стопку и велел от корки до корки вычитать. Да так, что если ночью разбудит — рассказать могла. В утренние часы они теперь неизменно в тренировочном зале практиковались. С шестом у Веши уже на раз-два все выходило, магик ее заодно приемам всяческим обучать взялся, куда, стало быть, лучше лупить, чтоб противника из строя вывести. Веся вот сразу сказала, что знает, куда мужику вдарить надобно, чтоб тот сразу обо всем думать забыл. Только Лесьяру показывать отказалась, краснела лишь, когда он рукой на себе показать попросил, охальник, али хоть на словах объяснить, какая такая часть тела у мужчины, стало быть, самая чувствительная.

А теперь вот уж третий день после обеда стали с нитями возиться. И какова ж была радость Весеньи, когда она смогла первую плотную ниточку вызвать, да в узелок ее замотать. Так обрадовалась, что плетение тут же в воздухе и растворилось так и не став никаким заклинанием. Но с того момента все вроде как сдвинулось. Она сумела уже и по несколько нитей удерживать, хотя после того ощущала себя небывало уставшей. Но понимание собственного успеха окрыляло.

Немного расстраивало, правда, что Лесьяр боле не пытался к ней особой симпатии проявить. Нет, говорил, порой приятности, касался, но все вроде как случайно. Ни поцеловать больше не пытался, ни ее саму к себе привлечь. Веша от того в одиночестве вздыхала порой… Сама не знала, как так угораздило ее так к нему проникнуться. А может Лесьяр не хочет ее к себе ближе подпускать, чтобы уговор их не нарушить? Кровь то иначе у кого брать тогда?

Как подумает, что будет он с какой другой девицей заискивать, глазами своими светящимися на нее смотреть из темноты, касаться длинными пальцами, так у ней кулаки сами собой от злости сжимались. Вот она какая, ревность жгучая.

Только магик продолжал с ней через стол общаться. Подтрунивал вот, как и прежде. Сама же девица тоже особливо шагов навстречу не делала, полагая, что навязываться не есть хорошо. Хотя сердечко от близости его щемило нещадно. Подойдет поближе, она прям вздрагивает, как осознает, что снова тепло его чует.

— Кисть тверже! — вот и сейчас, со спины подошел, руку ее поправляя, чтобы, стало быть, правильно нити держала переплетая, а она о тех нитях в этот миг и забыла напрочь. Только и могла, что вдыхать тепло его, лесом пахнущее.