Книга Ученица Хозяина Топи, в Академии, страница 76 – Александра Каплунова

На оклик соседки Ника оборотилась, хмурая, как тучка грозовая.

— Послушай, ты ведь знаешь, что я тебя осуждать не намеревалась. Удивилась, да и только. Лишь потому, что прежде ты ведь не говорила ничего про все это… Я и не думала даже, не замечала твоей к нему симпатии.

— Он просил ото всех скрывать… — отозвалась, руки на груди скрещивая, а у самой и голос дрожит, и носик дергается. Губы вот поджала, и слезы на глаза выступили.

— Костя… — Веська не удержалась, шагнула вперед, подружку за плечи беря. — Ну, что ты…

А та точно того и ждала, дала слезам волю. Те с глаз так и хлынули.

— Он мне говорил, что любит, как никогда прежде не любил. Что красивей меня нет никого на свете белом. Что женится сразу, как учебу закончу! Он знаешь, каким быть умеет! — Говорила, а сама всхлипывала попеременно. — А сам, выходит, по другим шастит ночами, помаду с губенок слизывает.

Веська притянула к себе соседушку, позволяя той выплакаться вдоволь.

— Ты не накручивайся зазря, — попыталась она подбодрить подружку, — может, все не так, как кажется. Может, там плохо кому стало али еще чего. Ты поговори с ним. Скажи, что видела его, что не дурочка наивная. Только охолонись сперва и обдумай все. И коли и правда любит — пусть теперича доказывает свою верность. А сейчас пойдем-ка, умоемся.

Она оторвала Костю от своего плеча и повела ту в ванную комнату, где помогла девице умыться и привести себя в должный вид.

— Вот так-то лучше, — усмехнулась Весенья ее отражению. Костя улыбнулась виновато.

— Ты прости, что я ночью себя так повела. Что гадости сказала, — она повернулась к Веське лицом и взяла ту за руки с молящим взором. Видно было, что и правда стыдится и раскаивается. — Не имела я никакого права тебе такие вещи выговаривать. Прости, пожалуйста. Не на тебя я зла была. А на него, да на себя. Только поняла это уже, когда в комнату вернулась. Обещаю, что больше никогда так не сделаю.

— Хорошо, — у Веси и у самой вдруг что-то в носу защипало. Они обе рассмеялись со слезами на глазах. — Вот ведь мы с тобой тютюхи, развели болото с утра пораньше.

— Ага, — согласилась Ника.

Они, наконец, отправились к завтраку, с облегчением понимая, что ссора исчерпана.

— Кстати, а тебя ведь так долго не было, — заговорщицким шепотом поинтересовалась Костя, когда они уже подходили к столовой. — Я, дай боги, уже ближе к утру в сон провалилась… Где же ты была?

Веся на нее шикнула, а сама заулыбалась краснея.

— Та-а-ак, — протянула понимающе соседушка, а у самой глаза блестят, — ну-ка рассказывай!

— Расскажу, токмо не сейчас, — хихикая вторила ей Веся. — Больно много тут лишних ушей.

* * *

День прошел спокойно, а вечером тренировку и вовсе отменили из-за Карачуновой недели. Завтрашний день тоже предстоял свободный, обычно студенты академии отправлялись в город на ярмарку, а уж на следующий готовились к вечернему балу.

Собравшись всей гурьбой, первокурсники всей братией отправились в Благовещенск. И таких ярмарок Веся в жизни своей не видывала. Площадь полна была народа, все радостные, румяные. Ребятня — с петушками на палочках. Здесь и там скоморохи пляшут. Мужики, по пояс нагие, силятся на столб без единой веточки взобраться, на коем, на самом верху блестели красные сафьяновые сапожки. От таких всякая модница в восторге будет. Долго Веся с девчонками у того столба хохотала вместе с остальной толпой. Пока Бажен не заявился с орешками в меду и каждой из них по кульку не вручил. А после утянул смотреть кукольное представление.