Книга Проклятие Синей Розы, страница 47 – Мария Ерова

Девушку немного раздражала эта настойчивость месье Бертрана, относительно того, что он считал её выходцем из прошлой жизни. Это было не так – Лаура была в этом уверена, только некоторые моменты заставляли её держать рот на замке и не встревать в спор с французом. Такие, например, как сегодняшний сон, в котором она реально звала его по имени.

Да, Гаспаров много на белом свете. И лично у неё – ни одного знакомого, до этого человека. Но почему тогда она кричала «Гаспар», а не «Хейден»? Было бы логичнее звать на помощь именно своего сводного брата, а не какого-то там Гаспара. Совпадение? Может быть.

Эту загадку ещё предстояло разгадать, а их уже накопилось прилично.

Их вновь встретил пустой двор, на котором Лауре уже доводилось побывать. Ни одной живой души, как и тогда, но сейчас она была при кавалере, и страшно ей практически не было.

Месье Бертран попутно и вскользь объяснял ей, где и что находится, но путь их лежал прямиком к «святилищу» поместья Уэйнрайт.

Когда они подошли ближе, лицо Гаспара приняло благоговейное выражение, было видно, как трепетно он относится к своему саду, хотя, Лаура не могла об этом не подумать, для мужчины это было не типичное занятие – выращивать розы. Пусть и сортовые.

Хотя… Чем тут было ещё заниматься?

То, что розы были не просто увлечением, а самой настоящей любовью странного француза, было видно невооружённым взглядом. Вопреки своей сквозившей во всём воспитанности, он подался вперёд, обогнав девушку, и уже касался своих любимых растений с такой неподдельной нежностью, словно они были из плоти и крови и могли ответить ему тем же.

Лаура же с любопытством наблюдала за своим новым знакомым, и, кажется, тоже проникалась его восхищением по отношению к цветам.

— Взгляните. – азартно пригласил он девушку подойти ближе. – Как Вам эти розы Остина^[1]?

Лаура бережно коснулась махровых лепестков, ощущая их природную упругость. Свежесть. Аромат.

— А эти шрабы^[2]? Только взгляните! – продолжал воодушевлённо Гаспар. – А чайно-гибридные красавицы? Не бойтесь! Коснитесь их, ощутите: они живые. А это – дамасские^[3], моя гордость. Мне доставили их для рассадки прямиком из Франции, правда, они великолепны?

На Лауру посыпалось очень много незнакомых названий различных сортов роз, но девушка не перебивала, видя, как увлечён эти рассказом её собеседник. Наверное, ему просто необходимо было выговориться, поделиться всей этой информацией.

Кроме того, она всё же наслаждалась экскурсией, хозяин поместья Уэйнрайт подводил её то к одному, то к другому благоухающему цветнику, и в голове мисс Клабан уже царила приятная каша из созвучия слов и аромата.

— Кажется, я увлёкся. – мило улыбнулся Гаспар, заметив, что девушка перестала задавать вопросы, и отвлечённо любуется по сторонам. – Прошу простить меня. Розы – моя стихия, и я могу говорить о них бесконечно.

Лаура, поняв, что её раскусили, смущённо засмеялась.

— Скажите, месье Бертран, откуда в вас, мужчине, столь огромная любовь к прекрасному? Я никогда прежде не встречала такого как Вы, и мне странно наблюдать Вас со стороны. Вы удивили меня, по-настоящему.

— Надеюсь, это всё-таки комплимент. – смущение шло его красивому мужественному лицу, и даже лёгкая краска, выступившая на щеках, приятно дополняла общую картину. – Виной всему одна прекрасная и умная женщина…