Онлайн книга «Странные люди»
|
Юля была с ним в тот страшный вечер, когда музыка в его голове наконец умолкла. Держала за руку, поила горькой дрянью, не подпускала к открытому окну… Он искал в своей душе хоть какое-то чувство, хоть крохотный отблеск былой симпатии, но находил только благодарность. Этим вечером после умеренно горячего секса (он старательно изображал страсть) Юля спросила: — Может, съедемся? Он поцеловал её в ушко и загадочно улыбнулся. — Снимем квартиру, поживём как взрослые, — на этих словах Юля тихонько хихикнула. Тут бы ему изобразить что-нибудь в духе «кончил и уснул», чтобы уйти от непростого разговора, но Юля знала его как облупленного и этому трюку всё равно бы не поверила… Так что Славик задумался и ответил: — Давай я на работу устроюсь, и тогда обязательно… Ему показалось, что он услышал тихий разочарованный вздох. Не более. Юля не шла на конфликты, не закатывала истерик, кажется, даже не повышала голос, по крайней мере, в его присутствии. Но всегда выходило так, что ему было страшно разочаровать её, сделать что-то по-своему. Вот и теперь… — У меня есть деньги, немного, но на первый месяц и залог должно хватить… — Юля повернулась к нему, запустила в волосы свои пальчики, и Славик поплыл. — Но я ведь… Я мужчина всё-таки, не могу жить за твой счёт! — пробормотал он, чувствуя, что ещё немного — и сдастся. — Так что, может быть, рискнём? Он первым впился в Юлины губы, что могло означать и согласие, и неопределённое «надо подумать», и тысячу других вещей. «А может, я просто боюсь взрослой жизни? — убеждал себя Славик, изучая, как свет фар отражается в хрустальных подвесках люстры. — И мне только кажется, что я разлюбил её?» * * * Было у него и другое соображение, в котором Славик боялся признаться даже себе. Музыка, доносившаяся с той лесной поляны, музыка, пять лет сводившая с ума, стихла. Он по старой памяти прислушивался к своим ощущениям, ожидая, что зазвучит знакомая мелодия, но ничего не происходило. С месяц Славик вообще не брал в руки гитару (тут мама и Юля поддерживали его), но, когда попробовал наиграть что-то из старого, это оказалось просто неплохо придуманной песенкой, не звало и не манило в другие миры. Тянущее чувство в груди пропало, он снова стал обычным человеком и мог начать жить с чистого листа. Может быть, и любовь к Юле тоже пала жертвой ритуала на лесной поляне? Она спасала его, поддерживала, когда Славик был совсем слаб, но теперь больше напоминала о годах, прожитых в забытьи, между безумными грёзами и явью. Он хотел бы порвать с этим прошлым, но боялся, что отпугнёт другую девушку своими странностями, оставшимися после долгих лет затворничества и борьбы с потусторонней силой. Своей репутацией, в конце концов. Кто не знал Вячеслава Смирнова, единственную уцелевшую жертву загадочной маньячки? Даже Юля, и та при первой встрече, узнав его имя, спросила: «Так ты тот самый?» Она честно выслушала его историю про костёр, зажжённый на поляне, про странную женщину, которая насылала морок и заставляла играть для неё до смерти, даже показала, что поверила. Но Славик прекрасно понимал, что на самом деле и мать, и Юля до последнего считали его рассказы бредом. А ему хотелось поговорить с кем-то, кто отнесётся к его словам серьёзно и, может быть, ещё и покажет дверь в этот удивительный мир. И он прекрасно знал ответ на свой безмолвный запрос. |